– В Дакире детский рынок. – Ронда опустила голову. – Там продают детей магам, в качестве прислуги. Ну, или… – Это самое «или» она не стала говорить. А я додумывать.
– В Дакире не только детский рынок.
Я никогда не знала, как общаться с детьми. Тем более, с детьми с такими психологическими травмами. И поэтому чувствовала какое-то раздражение. И на себя. И на них. Очень надеюсь, что хотя бы Кайли мне удастся от этого уберечь.
– Там большой город. На нас с вами никто не обратит внимания. Особенно, если не будем соваться в кварталы с магами.
– Мы могли бы остаться в Реноке. – Возразила Рина.
– Не могли бы. Там нас очень быстро найдут. Мне ничего не грозит. Ну, кроме того, что положат под какого-нибудь престарелого мага. А вот вас убьют.
– Змей бы не дал тебя ни под кого положить. – Не слишком уверенно напомнила Ронда. – Ты ему нравишься.
– А еще ему нравятся девицы из местного борделя. – О черном наге вспоминать было больно. И грустно. Поэтому, все мысли о ползучем гаде попыталась засунуть вглубь собственного сознания. – Поверь, милая, он бы просто закрыл глаза и вернулся в свое царство. – Девочка явно была со мной не согласна. Но, спорить дальше не стала. – Мы остановимся в Дакире на несколько дней. Нам нужно закупить одежду, провизию, лекарства. Показать лошадь кому-нибудь знающему. Не хочу, чтобы она сдохла на полпути, оставив нас четверых среди леса.
– А потом?
– А потом, отправимся к границе.
– В Шихарафат? – Недоверчиво спросила Рина, вытирая рукавом сопли.
– В Шихарафат.
– И нас с собой возьмешь? – Ребенок сощурил глаза, и наклонил голову на правый бок.
– Если будете хорошо себе вести.
Вместо ответа эта маленькая девочка бросилась ко мне на шею и разрыдалась. Худое тельце дрожало. А я боялась прижать ее к себе сильнее, и не раздавить выступающие ребра. Даже боюсь представить, сколько времени и денег уйдет на то, чтобы эту троицу откормить до нормальных размеров.
– Иди к нам, – шепнула Ронде, которая сжалась в напряженный комок.
Девочка осторожно прижалась к моему боку, и кажется, тоже заплакала. Ронни громко каркнул, Кайли издала какое-то загадочное «уууууу», и кобылка, которую я про себя уже окрестила Ромашкой, зашагала вперед.
Приказ собирать вещи и возвращаться домой застал Санию как раз в тот момент, когда она прогуливалась по саду, с фавориткой брата. Юная змейка не могла сказать, что Лиша ей сильно нравилась. Но, по крайней мере, она ее не раздражала. Хоть периодически и напоминала, что никакого кровного родства с наследником у Сании и императорской семьи нет. И фактически, по статусу, они с Лишей равны. Но, это было меньшее из зол. По крайней мере, на Хаша она не заглядывалась, как остальные.
Советник императора, среди нагинь имел репутацию неприступной крепости. Он никогда демонстративно не проявлял ни к кому внимания. Как бы очаровательна и сексуальна не была особа, с которой Хаш общался. Иногда, при дворе возникали сплетни, о романе советника с какой-нибудь особой. Но, ни Хаш, ни загадочная особа никогда не подтверждали, и не опровергали подобные слухи.
Однажды, кто-то даже выдвинул теорию о том, что советнику в принципе нагини не нравятся. И он отдает предпочтения исключительно сильным телам мужского пола. Весь двор просто гудел от этой новости несколько недель, но Хаш, как водится, эти слухи тоже проигнорировал. И они затихли так же быстро, как и вспыхнули.
Когда-то Саниа попыталась разузнать о личной жизни советника у Сафанира. Они со сводным братом были достаточно близки. И принц был просто обязан знать о его увлечениях. Но, все ее расспросы Сафанир просто проигнорировал.
– Моя маленькая Саниа, – улыбнулся брат, выпуская тонкую ленту языка, – личная жизнь советника, ни тебя, ни меня не касается.
– Но как же? – Наигранно улыбалась нагиня. – А если он приютит какую-нибудь простушку? Из обнищавшего рода? Или, что еще хуже, человечку? Что мы тогда будем делать?
– Примем ее как законную супругу и найру первого советника империи. – Как ни в чем ни бывало, ответил Сафанир.
На этом разговор был закончен. И нагиня к нему никогда не возвращалась. От воспоминаний Санию отвлек мелодичный голос Лишы. Нагиня резко остановилась, и посмотрела куда-то вдаль:
– А это не Шаян к нам спешит?
Перепутать капитана личной гвардии его высочества с кем-то другим, было просто невозможно. Шаян отличался огромными размерами, даже по меркам нагов, и не самой привлекательной внешностью. Огромная шея, на фоне которой голова казалась непропорционально маленькой, куцый подбородок, слишком широкий нос. Устрашающую внешность компенсировал мягкий характер, и образцовое казарменное воспитание. Последнему в Императорской Военной Академии уделялось особое внимание.
– Шана Сания, шана Лиша – наг поклонился, – его императорское высочество приказал вам собрать вещи, и через один оборот выдвинуться с сопровождением в Шихарафат.
– Мы уезжаем? – Округлила глаза Лиша. И ее красивое, почти кукольное лицо, не свойственное нагиням, стало похоже на карикатуру, самой себя. – А как же бал? Его высочество обязан на нем присутствовать!
