Алекс традиционно вносила хаос в их размеренную жизнь. Однажды, когда дочь сидела в кресле в гостиной, что-то читая в телефоне, а Егор обсуждал что-то с Сашей, девушка вдруг внесла сумятицу, сев ровно и, глядя на вибрирующий от звонка телефон, сказала:
– Карлос.
Ира не сразу поняла, о чём она, потом поняла: новости от Карлоса – это новости о Маркусе.
– Что-то случилось? – спросила Ира, когда девушка поговорила. От Егора не укрылось, что она напряжённо наблюдает за девушкой, которая, отвернувшись к окну, отвечает довольно односложно и непонятно.
– Ну ведь ты посоветовала Маркусу переехать поближе… – неловко напомнила Алекс.
Только сказав это, она поняла, что выболтала то, о чем в данный момент, возможно, стоило промолчать. Не поняв паузы, девушка продолжала:
– … Карл сказал адрес. Подожди, запишу, пока не забыла. – она сходила к столу и стала искать листик бумаги и ручку. Хлопнув себя по лбу, открыла заметки в телефоне. Опомнившись, Ира посмотрела на Егора, но тот уже отвернулся к Саше и возобновил разговор.
Таксист с некоторым удивлением остановил машину в абсолютно безлюдном месте.
– Спасибо, – девушка протянула ему несколько купюр и вылезла.
– Может, поближе довезти? Не доехали же. Лес кругом.
В Америке водитель, получив деньги, развернулся бы и поехал обратно без всяких вопросов. Русскоговорящий водитель смотрел на неё с беспокойством. На пальце обручальное кольцо, на панели фотографии жены и детей – похоже, он действительно беспокоился за незнакомую молодую девушку, которая попросила высадить её в безлюдном месте.
– Нет, всё в порядке, – сказала Алекс и захлопнула дверцу.
Потом пошла в лес.
Густым он выглядел обманчиво. Через пять минут тропинка вывела её в поле, а еще через десять – к одинокому дому, который прятался за деревьями. Она специально не пошла по главной дороге, таясь.
В этот раз ей удалось прокрасться неслышно. По крайней мере увидела она Маркуса раньше, чем он её услышал. Он сидел за столом во дворе, развернувшись к лесу.
Алекс улыбнулась впервые за долгое время и наконец вышла на тропинку.
– Привет, Марк. Хорошо, что ты поближе переехал.
Она обняла его со спины и положила голову на его плечо. Она соскучилась.
– Привет, Алекс… Ты с мамой? – спросил он.
– Нет.
Девушке показалось, что ответ будто хлестнул его, но почему – сразу не поняла. Маркус, замкнувшись, больше ничего не спрашивал. Отец положил руку на её предплечье.
– Как твой глаз? – спросила Алекс.
– Через неделю операция, – сказал мужчина.
– Слушайся врача, – напомнила она.
– Я понял.
Она научилась бороться со своим стыдом. Отец по-прежнему мало что видел. Оба глаза у него были поражены в схватке годовой давности с Егором. Один глаз был утерян полностью, второй тоже ничего не видел, хотя был цел, а врачи долгое время отрицательно качали головами в ответ на вопрос, можно ли спасти хотя бы его. Месяца три назад он вдруг стал видеть яркий свет, а потом – очень размытые очертания. Минус на нем был настолько большой, что без операции обойтись нельзя было – и о стопроцентном возвращении зрения не говорилось. Всеми документами и разговорами с врачами занималась Алекс, а оплачивал всё Карлос, в распоряжении которого были все счета Маркуса.
Девушка теперь гордилась тем, что вытащила его.
– А что, у вас что-то с мамой? – в голосе девушки прорезался интерес.
– Нет. Конечно, нет.
Они довольно долго молчали, каждый думая о своём.
Бывают сны, которые возвращают к реальности. Они указывают на то, от чего человек бежит и с чем не хочет разбираться. Она думала, что научилась бороться со своим страхом, смотреть ему в глаза, но смотреть на Маркуса, который, судя по всему, пешком шёл до неё через густой тёмный лес, ей было страшно. Она боялась за него.
Вдали завыл волк.
Она нервничала. Потому что не знала, что ей делать дальше.
Он стал пятиться. Прямо в пустоту.
Волчий вой стал ближе. Маркус отступал спиной вперёд, вместо глаз у него появились тёмные провалы.
– Маркус, стой!
Она рванулась вперёд, но было поздно. Отступая спиной вперёд, он не заметил обрыва, с которого упал.
Ира села на кровати и долго не могла понять, где находится.
Ей было настолько плохо, что она не сразу заметила, что в спальне горит ровный желтый свет, а Егор стоит в стороне возле комода. Он стоял спиной к ней, и Ира могла рассмотреть шрам под лопаткой и ещё один, чуть длиннее – вдоль позвоночника.
Ей нравилось рассматривать его спину, но сейчас было не до этого.
Ира провела рукой по лицу, мысленно вернувшись к событиям сна.
«Зачем он пришёл? Как он собирался возвращаться обратно по кишащему волками лесу? Маркус, дурак», – с досадой подумала она.
– Приятно? – выдернул её из раздумий прохладный вопрос.
