Наши пути разошлись, дороги повели нас в разные части империи. Томас и Тано направились на запад, в Катрас, домой. А мы с Лексой двинулись на восток, где в четырёх днях пути нас ждал Вариенвуд. Я не стал отговаривать девушку от того, чтобы она шла со мной. Всё же, хоть я и собирался добираться до конечного города в одиночку, её компания скрашивала моё путешествие, чему внутри я был действительно рад.
Вариенвуд расположился так, что с южной стороны к нему вело две дороги. Одна из них — Южный тракт, что уходил на восток, а затем поворачивал на север, проходя через четыре небольших провинциальных городка, одним из которых и являлся мой пункт назначения. Весь путь в таком случае занял бы пять-шесть дней, поэтому я решил двигаться другой дорогой, что отходила от тракта чуть раньше.
Тропа Эрден-Центр являлась небольшим прямиком, что связывал между собой центральный и южный тракт в восточном округе. Она начиналась в шахтёрском городе «Эрден», что располагался буквально в трёх часах пути от нашего местоположения, затем следовала к военной крепости под названием «Зира», проходил через несколько деревушек, огибая Оквуд и другие города, а также Вариенвуд, после чего соединялась с Центральным трактом и заканчивалась на Восточном Торговом Перекрёстке. Этот путь экономил нам день, а при желании и два.
В Эрден мы добрались на закате. Город встретил нас шумом работающих мастерских и видом уставших работяг, что выбирались из шахт с инструментами в руках. Уставшие, потные, грязные, они расходились по своим домам, отдельные группы вместе направлялись в противоположную сторону, где я заприметил сразу несколько соседствующих друг с другом пабов.
К слову, это место было настоящим пристанищем дварфов. Горные бородачи составляли значительную часть населения города, что, впрочем, неудивительно, ведь граница с их государством находилась в какой-то паре дней пути отсюда.
— Не люблю я подобные места, — тихо, больше себе под нос, промолвила Лекса.
— И почему же? — поинтересовался я.
— Мы же с Томом из Бесгермена, а он ведь один в один, что здесь, — поморщилась девушка, — Тоже куча мастерских, тоже везде необразованные люди, которые смотрят на тебя, как на добычу… Меня это… напрягает.
Пожалуй, я был с ней согласен. Временами в нас стреляли колючие, как шипы ядовитого кустарника, взоры и так и продолжали двигаться вслед за нами будто хищники за ничего не подозревающей жертвой. И кто знает, что было в головах у этих людей? На какие мысли их наводила тяжёлая жизнь?
В конце концов у одного из прохожих я узнал, что некий Бергвар «Горящий молот» сдаёт комнаты на чердаке своего паба, что находится чуть дальше по улице, так что мы направились туда.
Ни вывески, ни указателя, лишь табличка у двери. Если бы Лекса не приметила её, мы бы так и продолжили искать нужное нам здание.
— Горящий молот… видимо, назвал по имени клана… — вслух задумалась Лекса, когда мы подошли ко входу.
В тускло освещённом зале было достаточно многолюдно. На небольших бочонках за деревянными не слишком чистыми столами сидели компании из людей и дварфов и выпивали. Кто-то делал это тихо, кто-то громко. Время от времени со стороны раздавались радостные восклицания и стук кружек.
Это было скверное местона первый взгляд, но выбирать не приходилось. Уж лучше было стерпеть спиртовой перегарный запах, заполнявший помещение, чем пытаться найти ещё что-то. Вряд ли в этом городе было место лучше. Тем более, было у этого зала одно преимущество — тепло. По сравнению с уличным холодом здесь царило уютное тепло.
Хозяин, а это был дварф, кто бы сомневался, оживлённо болтал о чём-то с одним из посетителей, когда я подошёл к стойке. Низкорослый, как и все представители его расы, с морщинистым лицом, густыми бровями, тёмными, почти чёрными волосами, выбритыми по бокам, и такого же цвета длинной ухоженной бородой, облачённый в синюю рубашку и фартук поверх неё. Он удостоил меня короткого взгляда и быстро спросил:
— Здоров, чё надо?
— Вечер добрый, мне бы и моей спутнице комнату на…
— Еда, выпивка — пожалуйста, — коротко недовольно бросил он, — Комнат нет.
— Господин Горящий Молот, может, мы сможем договориться, — деликатно обратился я к нему, попутно кладя на стойку руки так, чтобы он увидел метку. При виде её он практически моментально изменился в лице.
— Что ж вы сразу не сказали, господин маг, что нас посетил столь уважаемый человек.
В секунду он стал куда более услужливым и приветливым. На это и был мой расчёт. Когда мы направлялись за кристаллом, во многих местах нашего ночлега к нашей компании относились не сказать чтобы радушно, но когда видели козырь в виде метки, тут же меняли своё мнение.
