Это выглядело ужасно: два уже можно сказать, что взрослых амбала старались измучить беспомощное дитя. Картина, открывающаяся моему взору, буквально побуждала меня вступиться, но я не вмешивался в события сна. Вряд ли это было именно тем кошмаром, который я искал. И я был прав.
Внезапно из-за угла словно из ниоткуда выскочило два пацана. Одного из них я узнал — это был Мак, а вот образ второго был мне незнаком. Немного худощавый, с каштановыми волосами, большим носом с горбинкой и ясными голубыми глазами.
— Суки, отвалите от неё, — на бегу с яростью крикнул Мак. Не сломавшийся ещё детский, высокий голосок был наполнен самой настоящей злостью на обидчиков.
— А то что? — один из них, оскалившись, обернулся.
А уже через мгновение на него с силой налетел Мак. Раздался хруст, брызнула кровь и один из обидчиков, пролетев пару метров, плюхнулся в грязную лужу. На второго накинулся неизвестный мне парнишка, и через несколько секунд тот уже валялся на земле с разбитым лицом.
Другой поднялся из лужи. Весь грязный, промокший в зловонной воде, похожий на лесную тварь, выбравшуюся из болотной трясины. Злобно мыча, он попытался ударить Мака в ответ, но вновь получил по лицу.
Началась драка. Четыре человека начали кататься по земле, вцепившись в друг друга словно дикие звери, нанося своим противникам ничуть не детские удары. Это продолжалось несколько минут, после чего обидчики были вынуждены с позором бежать.
Все в пыли, ссадинах и ушибах, они быстро ретировались с задворок, посылая в сторону Мака и второго парнишки проклятия, а эти двое, выглядящие ничуть не лучше, тоже в ссадинах и ушибах, грязной, местами порванной одежде, поднялись с земли и сразу же поспешили к спрятавшейся за кучей досок Лексе. Безымянный парнишка поднял куклу, которая тоже чуть-чуть пострадала в драке. Тряпичный материал, из которого была сделана игрушка, в паре мест порвался, и оттуда начал выпадать пух, служивший внутренностями. Один из глаз-пуговиц безвозвратно потерялся где-то на месте драки.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил парнишка, а затем протянул девочке куклу, — Прости, она немного порвалась.
Ответ ему не содержал ни единого слова. Лекса просто бросилась в крепкое молчаливое объятие, сжав того с такой силой, что, казалось, захрустели ушибленные кости.
— Ну всё-всё… — тот приобнял её в ответ, растянувшись в болезненной улыбке, — Задушишь же.
Однако Лекса его не отпустила, так и продолжив держать того в своих объятиях. Картина застыла, как застыло и девичье лицо, улыбаясь сквозь текущие слёзы.
Но затем и она сменилась, перенеся меня на загородную дорогу, где сделал стоянку торговый караван. Ровным рядом стоял десяток из повозок и телег, запряжённых лошадьми. Неподалёку отдыхали караванщики, рассевшись у разведённого костра. Кто-то разговаривал, кто-то следил за транспортом. И неподалёку от всей этой процессии, чуть отстранившись от всего, стояли четыре человека. Трое юношей и девушка — всё те же Том, Мак, Лекса и парень, имя которого мне так и не удалось узнать. Здоровяк, судя по виду — дорожной одежде и большому дутому рюкзаку за спиной — собирался уезжать. Вероятнее всего, в Катрас.
— Ну, вот и всё, еду покорять большой город, — усмехнувшись, пробасил здоровяк.
— Ты смотри там все деньги не потрать, — голосом сурового наставника сказал ему Томас, а затем улыбнулся, — А то дед узнает и всё — прибьёт.
— Да всё нормально будет, — отмахнулся тот, — Жаль, за тобой больше не присмотрю…
— А мы тут на что? — сказал безымянный парень и приобнял Лексу за талию, — Она вон его в случае чего пинками вокруг Бесгермена гонять будет, чтобы не расслаблялся, — после чего получил небольшой тычок локтем в бок, — Эй, за что?
— Ты о нас не забывай, — взяла слово Лекса, — И обязательно приезжай.
— Уж лучше вы ко мне, — вновь улыбнулся Мак, — Да и как вас забудешь. До встречи, ребят…
Он пожал руки парням, крепко обнял девушку, а затем направился в сторону одной из повозок. Через некоторое время караван тронулся, ряд повозок двинулся по грунтовой дороге, а вслед ему смотрели и прощались три человека.
— Вот и мне пора, — сказал парень и направился вдоль дороги, — Увидимся…
Он уходил от брата с сестрой всё дальше, а его самая обычная одежда медленно превращалась в воинский мундир. Но внезапно парень остановился, обернулся, взглянул на Тома и Лексу пустым, безжизненным взглядом с покрытого шрамами и морщинами лица, а затем бесследно осыпался прахом.
Окружение в миг изменилось, в этот раз отправив меня в чуть более знакомое место.
Я оказался на тропе из белого камня, ведущей к вершине холма. Обернувшись, я увидел, как позади первые лучи рассвета начинают освещать огромный город — Катрас. Как озаряется блеском воды его гавань, как тьма востока, маскируясь, исчезает, открываясь солнцу, как гаснут фонари центральной улицы, уступая место естественному свету.
Это место было мне знакомо. Готов поспорить, я оказался в событиях, произошедших совсем недавно. Так и произошло.
