«Киклоп-4» малым ходом подвёз нас поближе к острову-птице, и как только наша надувная лодка отчалили от его борта, ракетоносец ушёл обратно — к соседнему большому острову. Сначала мы шли под мотором, но потом заглушили его и дальше бесшумно плыли по пологим волнам, немного подгребая вёслами — умеренный попутный ветер уверенно гнал лодку к северо-восточному берегу. Пока мы плыли по ветру, серп Селены освещал воду и тёмный провал берега вдали хорошо просматривался, и я думал о фалаинах, и почему-то вспомнил легенды о живших когда-то в океане дольфинах — стремительных морских зверях, таких же умных, как люди. Встретить бы дольфинов сейчас — подумалось мне — я бы счёл это добрым знаком от Богов… Но нам никто не встретился. А вот высадка в этой темноте была сложной и опасной, так как с той стороны у острова мало пологих пляжей, берег в основном каменистый и из воды торчат острые края рифов, но мы в итоге справились. Я не ступал на землю больше недели и испытал ещё одно новое чувство, во всей полноте доступное лишь морякам — когда после долгого плавания под ногами оказывается твёрдая почва. Могу засвидетельствовать, что когда вновь обретаешь под собой незыблемую опору, это незабываемое ощущение: ты словно чувствуешь своими ногами всю твердь планеты! Мы затащили лодку в лес и сами укрылись до рассвета за деревьями. Позже перекусили чуть тёплыми пайками, запив их тонизирующим отваром из своих фляг, и я разрешил всем поспать, но заснули только братья. Мы с Муштаком не сомкнули глаз и, вглядываясь в темноту, прислушивались к каждому шороху. Сиделось и спалось моей команде спокойно — благо, кровососущих насекомых на этом острове то ли вовсе нет, то ли не сезон. Наконец, забрезжил рассвет. Светает в этих широтах быстро: едва мы успели встать и размяться, как Гелиос выскочил из-за горизонта и стало совсем светло.
Этот остров, послуживший последним пристанищем подводному авианосцу Альянса, имеет сложную береговую линию и довольно простой рельеф. Ещё планируя нашу операцию, я решил, что вряд ли противник разместил свой лагерь где-то на возвышенности или вообще в отдалении от залива, в котором застряло их судно. В северной части острова возвышается пологий холм высотой в стадию, и я подумал, что если там что-то и есть, то лишь наблюдательный пункт на самой вершине. Лес почти на всём острове довольно густой, и его неудобно обозревать с любой позиции, так что наблюдать из этого пункта можно лишь за морем. У противника должен быть укреплённый лагерь, его положено обустраивать в подобных ситуациях, и скорее всего этот лагерь спрятан в лесу где-то ближе к берегу, напротив южных песчаных пляжей, и в месте, где имеется источник пресной воды. Разглядывая остров на картинке, которую передавал беспилотный разведчик, я не заметил никаких рек, лишь в западной, низменной и болотистой части имеется небольшое озеро или залив, соединённый с океаном короткой протокой, но он почти наверняка заполнен солёной морской водой. Однако ручьи с пресной водой на таком острове где-то должны быть наверняка.
Оптимальным маршрутом для поиска вражеского лагеря, очевидно, был бы обход берега по периметру. На такой маршрут уйдёт весь день, если двигаться осторожно. Мы могли бы разделиться и сократить время вдвое, но радиосвязь между членами нашей группы при заходе за холмы будет пропадать, поэтому я рассудил, что двигаться нужно всем вместе. Через час или два в вероятном лагере противника случится побудка, и подойти к нему незамеченными станет практически невозможно. Поэтому я решил начать разведывательный маршрут с юго-восточного побережья — в этом месте был большой залив с рифами и самые широкие пляжи, и именно напротив него застрял в рифах подводный авианосец. Если на острове-птице есть лагерь, — рассудил я, — вероятнее всего, он где-то там.
В общем, как только рассвело, мы начали наш разведывательный рейд. Пробираясь через девственные заросли, примерно через полчаса мы обнаружили в них тропинку. Точнее, это были три тропинки, разделённые между собой парой гексаподов и шедшие параллельно берегу. Не то, чтобы они были хорошо протоптаны, но по ним точно прошлась не одна пара пар ног. Нанда-Кир и правда хороший следопыт: он сразу сообразил, что это ходил патруль. Скорее всего, подсказал он мне, три человека развёрнутым строем прошли здесь несколько раз в обе стороны. Примятые ими листья ещё не начали гнить — значит, патруль здесь ходит не больше суток, от силы двух, с интервалом в несколько часов.