Я ещё перед рейдом решил для себя, что если представится такая возможность — захватить врага в плен и допросить, а попутно ликвидировать хотя бы часть экипажа авианосца — я непременно ей воспользуюсь. Ведь нам всё равно предстоит с ними схватиться, и чем меньше их останется, тем лучше. Исходя из этих соображений, нам стоило устроить засаду. Если это действительно патруль, они с рассветом могли выйти из лагеря и скоро будут здесь. Мы отошли назад, попрятались среди густой растительности, найдя удобные позиции для наблюдения за тропинками, и затаились. Я выбрал укрытие за толстым стволом высокого дерева, рядом с которым лежал ещё поваленный ствол. Если бы кто-то обнаружил моё расположение и стал стрелять в меня, ему было бы очень сложно в меня попасть. Чуть справа за густым кустом пристроился Муштак-Хар, а братья заняли позиции за нами, причём Кинчи по моему указанию вскарабкался на дерево и устроился там в развилке веток. Он ловок, как обезьяна! Я брал на себя дальнюю тропинку, Муштаку поручил среднюю, а ближайшую к нам взял под прицел Нанда-Кир. Его брат, сидя на дереве, прикрывал нас.
Противник показался скоро — едва мы успели приглядеться к местности, как где-то справа от нас, с запада, между деревьями замелькали форменные шапки армии Южного Альянса.
Патруль двигался неспешно, по сторонам почти не оглядывался, они смотрели в основном себе под ноги и реже — куда-то вперёд по ходу движения. Я подумал тогда, что экипаж авианосца наверняка уже тщательно обыскал этот остров, и моряки не ожидают встретить здесь что-то враждебное, поэтому относятся к своему хождению как к бесполезной, но неизбежной рутине. А такая беспечность на войне обходится очень дорого… Когда враг оказался прямо перед нами, стало ясно, что их на одного больше, чем нас — то есть пять человек. Посередине — по центральной тропе — шёл один — младший офицер, а по каждой из боковых тропинок шли по двое матросов. Их винтовки висели за спинами, а у офицера на поясе я разглядел ножны с мечом. В тот момент я припомнил легенды, которые слышал о малаянских мечах. Реформа, проведённая в их войсках перед самой войной, лишила большинство офицеров Альянса такого холодного оружия, но те, кому его всё же оставили, получили улучшенные мечи — вот про них много чего рассказывают. И ещё у меня мелькнула мысль, что мы могли бы просто пропустить патруль, а затем продолжить свой путь в поисках лагеря. Всё-таки врагов многовато и они, сопротивляясь, могут наделать шуму… Тем не менее, я решительно поднял свою верную «фергу» к плечу. Первый выстрел положено делать командиру, поэтому я аккуратно прицелился в грудь одного из матросов, который шёл по дальней от нашей засады тропинке, и плавно нажал на спуск.