Безликое Воинство (СИ) полностью

Близится мой 15-й день рождения. Если не считать дольфинов и побаливающего иногда плеча, в остальном моя служба на «Киклопе-4» вошла в русло привычной флотской рутины. Только раньше я её тяготился, а теперь простые обязанности и наряды кажутся мне чуть ли не отдыхом и приятным времяпрепровождением. При этом я рад ещё тому, что попал в малочисленный экипаж, так как по своему характеру я во многом остаюсь человеком гражданским и строгое соблюдение армейского распорядка легло бы на меня тяжким бременем. На больших кораблях, где численность экипажа составляют сотни и тысячи человек, соблюдается такой распорядок. Ежедневные коллективные мероприятия вроде поверки, приборки, помывки, питания, также и многие другие обязательны и осуществляются по расписанию. У нас в армии это вызвано по большей части стремлением никого не обделить вниманием, а вот в Альянсе подобные мероприятия проводятся с целью укрепления дисциплины, ведь там с этим вечные проблемы. В их армии младшие по рангу подчиняются старшим из страха наказания, которое, особенно в боевой обстановке, может быть скорым, неотвратимым и даже смертельным. Всё потому, что разум малаянцев и их союзников не просвещён Учением. В нашей же армии таких наказаний вообще нет, а подчинение старшим основано на уважении к их достоинствам, таким, справедливость и доблесть, а также к их знаниям и опыту. И ещё в армии Альянса не парные, как у нас, а только одиночные командиры, а одной рукой не распутать сложный узел. В армейских подразделениях нашего врага обычны ежедневная муштра, унижения со стороны старших, дисциплинарные наказания и насаждение пропагандистской лжи. К тому же, совместное мытьё, питание и проживание в тесных кубриках или казармах способствуют вспышкам заболеваний. Вы наверняка помните, как сразу на нескольких базах противника в самом начале войны вспыхнула эпидемия печиша. Вскоре она перекинулась и на некоторые корабли. В итоге умерли тысячи солдат, матросов и офицеров. Малаянцы тогда свалили это на нас, обвинив в применении бактериологического оружия. А у нас даже нет такого на вооружении! Нашим базам, во всяком случае тем, что расположены в высоких широтах, эпидемии не страшны: там не только слишком холодно для подобной заразы, но и в избытке чистый воздух и чистая вода. На кораблях нашего флота условия жизни соответствуют разумным санитарным нормам, мы не держим людей в стеснённых условиях и не заставляем есть тухлую рыбу из железных банок. Кубрики у нас достаточно просторные, а братья хетхи снабжают наших моряков качественным и здоровым питанием.

В эту вахту я проверял судовые средства связи, и тут мне отчасти помог Такетэн-Хар. Хотя я этого опасался, на этот раз его не назначили надо мной старшим и он держал себя в лицемерных рамках напускной скромности. Специалист Такетэн, конечно, первостатейный, однако мы с Муштаком, даже не имея такого образования, и без него справимся почти с любым нарядом офицера-электромеханика.

Ещё мы продолжаем разбирать склад. Предстоит освободить целое помещение под матросским кубриком и оборудовать его койками, чтобы разместить там малаянцев с «Прыжка Компры». Лишних коек у нас, конечно, нет, их придётся изготовить из подручных материалов, точнее, переделать под койки складские стеллажи. Также нужно что-то придумать с дополнительным обогревом, так как наш путь в Симбхалу будет проходить поздней осенью через приполярные воды, а склад не так хорошо обогревается, как кубрик и каюты, и зимней одежды у малаянских моряков не бывает, а нашей на всех не хватит. Хвала Хардугу, я этим не буду заниматься — для этого под начало того же Такетэна отрядили четверых матросов. Не иначе, как собранная им наспех жаровня сыграла роль в этом назначении. По нему теперь видно, как он этому рад — и тому, что у него самая большая команда, пусть и временная, и самой возможности всласть накомандоваться! Истинно сказано: достойный человек не пожелает власти над другими, ибо власть это яд для души и лишь самые стойкие способны принимать его без вреда.