С началом войны Заботливому Арзе пришлось оставить работу в госпитале, так как его призвали служить во флот. Первое его судно — десантный корабль — было укомплектовано неопытным ещё экипажем, поэтому вместо боевых операций они занимались челночными транспортными рейсами, перебрасывая наши гарнизоны, оборудование и даже гражданских беженцев из южных провинций, которые мы тогда теряли одну за другой, в более спокойные и защищённые районы на севере. Часто те места, откуда они забирали людей и грузы, были плохо оборудованы для приёма судов, а то и вовсе представляли собой дикий берег, а времени на погрузку отводился минимум. Судоходную карту такого места не всегда можно было найти, поэтому командование флота набирало лоцманов из местных моряков, в основном отставных гражданских. Однажды их судну, уже частично загруженному, пришлось забирать военный груз и беженцев из провинциального приморского городка, расположенного по берегам узкого пролива. Для проводки по проливу им прислали очередного лоцмана — бывшего штурмана с торгового парусника, возрастом под 40 лет и необычайно толстого — по заверению самого Арзы, своей тучностью отставной штурман не уступил бы иному клерикальному скопцу. Док тогда осмотрел прибывшего лоцмана и под благовидным предлогом взвесил — стрелка весов, градуированная до пяти талантов, упёрлась в максимальную отметку и едва не погнулась! При этом толстяк живо двигался и для своего возраста обладал завидным здоровьем.
