По дороге я решил заглянуть в медпункт — узнать, как состояние у тяжело раненого матроса и не нужна ли доку помощь, и мне вдруг подумалось, что спасённых нами моряков могли бы вылечить дольфины. Записываю про это потому, что их лечение и вправду оказалось нетрадиционным, по крайней мере отчасти. На двери в каюту Заботливого Арзы не висел запрещающий флажок, поэтому я пару раз легонько хлопнул по двери ладонью и вошёл. Внутри были двое из трёх моряков с «Компры», наш доктор и… карап! Все они с удобством там устроились — кто на койках, кто на стульях — и пребывали в отличном расположении духа. Ади Ферхатсах держал в одной руке чашку с шоколадом, в другой — бисквит из офицерского пайка, и при этом он что-то оживлённо рассказывал самому Арзе. Когда я открыл дверь, рассказчик смолк и все вопросительно уставились на меня. Через пару мгновений сах сверкнул на меня глазами, осклабился, показав свои металлические зубы, и приподнял чашку в знак приветствия.
Но вернусь в медпункт. В общем, оказалось, что в лечении раненых помог колдун. Наш доктор сам к нему обратился с такой просьбой. Он сильно сомневался, что тяжело раненый малаянец перенесёт серьёзное хирургическое вмешательство, поэтому решил испытать даже такой призрачный шанс. И карап не подвёл. Он применил какие-то свои медицинские познания, в результате чего Арзе осталось только удалить из тела осколки, ему даже не пришлось сшивать сосуды и ткани — все раны сами затянулись буквально за считанные минуты. Теперь прооперированный матрос, одетый лишь в свежие повязки, лежал на койке для больных и чувствовал себя вполне сносно, хотя док не разрешил ему вставать. Подлечил колдун и Ферхатсаха. Как именно он это проделал — я пока не могу сказать, потому что неловко было расспрашивать Арзу при чужаках. Допытаюсь у него об этом позже, может быть, за следующей партией в пуговицы… Ещё я подумал о том, что карап мог специально поскорее вылечить этих моряков, чтобы поставить их на ноги и тем внести ещё один дисбаланс в расклад сил в нашем экипаже. Надо быть на чеку!