Вплоть до последнего контакта неизвестные корабли лишь проявляли любопытство и, покружив вокруг и над ракетоносцем, спешили догнать своих. «Курай» же, пытаясь нащупать тактику скрытности, каждый раз погружался всё глубже, и в последнюю такую встречу провёл под водой несколько часов на предельной глубине и на самых малых оборотах. Но на этот раз, как только они всплыли, их атаковали. Хотя «Курай» вышел из схватки победителем, применив тот же тактический приём, которым избавился от «хвоста» из ныряющих дисков, он всё же получил повреждения, те самые, про которые я уже писал. Теперь их радары показывают, что с юга приближается большая группа таких аппаратов противника, возможно, отделившаяся от основной армады, что ранее прошла над ними в юго-западном направлении и с кораблями которой была у них стычка. Капитан Сирутай-Вал предполагает, что противник, потеряв несколько своих боевых единиц, теперь выслал за «Кураем» усиленную погоню. Погоня эта движется заметно быстрее, чем передвигается вся армада, и преимущество в скорости у «Курая» перед ней небольшое — даже в полёте на экране. Пока что большой ракетоносец идёт к нам самым полным ходом, скользя над волнами и, возможно, он успел бы достичь острова до того, как их нагонит противник. Но погода портится, судно попало в полосу встречного штормового ветра и волна разгулялась уже до предельной высоты, так что вскоре «Кураю» придётся перейти в менее скоростной режим, и тогда через несколько часов противник их неизбежно накроет. Сирутай и Кусума планируют вскоре нырнуть и идти до самого нашего острова на небольшой глубине подводным ходом. Но как быть дальше… Капитаны «Курая» опасаются, что следующей схватки им не выиграть, и очень рассчитывают на помощь «Киклопа-4» и его опытных капитанов.
Озавак-Ан в свою очередь доложил о нашем положении и состоянии судна, рассказал про уязвимость демонов для зажигательных боеприпасов, и предложил план совместной операции.
Мы договорились, что «Курай» под водой обогнёт наш остров с запада, там осуществит подсвплытие и свяжется с нами. В зависимости от ситуации, он либо всплывёт и атакует противника — скорее всего, «зазубренными жалами» с дальней дистанции, или продолжит путь под водой курсом на север. В конце концов оба наших судна способны идти под водой очень долго. Мы со своей стороны постараемся задержать и даже разбить надвигающуюся группу кораблей противника, чтобы появилась возможность беспрепятственно воссоединиться с нашими соратниками и дальше уже идти на север вместе.
Про карапа и Симбхалу Озавак не обмолвился ни словом, и я не сомневаюсь, что он мудро поступил. Такие вещи лучше сообщать только капитанам в приватной беседе с глазу на глаз — по крайней мере, поначалу. И ещё Дважды Рождённый лично поинтересовался у Правителя Полнолуния, не было ли у них на борту гражданских. Наверное, Озавак сделал это по просьбе карапа, и он немало смутил этим вопросом тех из наших офицеров, кто был не в курсе истории с Гойтеей. Ответ Сирутая был отрицательным.
Капитаны обоих судов решили пока оставаться на приёме, до того момента, как «Кураю» из-за непогоды и близости противника придётся нырнуть — на случай, если изменится обстановка и необходимо будет уточнить план совместных действий. Но всё это уже предстояло отслеживать не мне. Когда основной сеанс связи закончился, наша затянувшаяся вахта наконец сменилась.
Я тогда, помнится, размышлял: а где сейчас может быть карапский колдун? В медпункте находится тяжело раненый, возможно, его ещё не закончили оперировать, поэтому там колдуна, как я решил, быть не может. В рубке карап не появлялся с того времени, когда мы изучали обстановку в заливе напротив бывшего малаянского лагеря. Матросы наши панически боятся колдуна, поэтому ни за что его к себе не пустят… Неужели карап обосновался на складе, в помещении, которое мы оборудовали для экипажа «Прыжка Компры»? Как он пролез через люк? Как отнеслись к нему малаянцы? Что вообще думают о карапах в Альянсе?.. Впрочем, относительно последнего мне известно, что ничего хорошего. По причине всех этих сомнений, как только свободных от вахты офицеров распустили, я отправился искать колдуна.