Безликое Воинство (СИ) полностью

Наконец-то всё закончилось. Я имею в виду наглядный опыт, из-за которого я так волновалась, терпеливо сносила клеймо «жертвенной девы» и для которого, как теперь выясняется, была предназначена с самого начала. Хотя и смутно, но я об этом догадывалась, и вот теперь профессор Бор Хиги сам мне об этом сказал, в своей манере — без утайки и обиняков. Меня представили антиподам как ученицу Рамбуна Рам Карапа, но профессор ещё в прошлый визит в этот мир просил моего наставника разыскать и привезти на факультет такую, как я — то есть юного автохтона Геи, душа которого не затронута шалгурами. Чтобы спасти меня от смерти, а заодно выполнить просьбу профессора, добрейшему учителю Рамбуну пришлось покривить своей душой. Как бы ни хотел, он не мог взять меня в полноценные ученики — в такие, как его соплеменник Макрас Салинкар Матит. Я не была ни подающим надежды молодым философом, ни чистой юной жрицей, грезящей духовными путями ни, тем более, карапкой, я даже никогда не помышляла серьёзно о духовном образовании, а о магии так вообще не думала. Я была просто умирающей от неизлечимого недуга девушкой, брать которых в ученицы против традиций и правил Симбхалы. К моему спасению, я понадобилась для другого — для этого самого наглядного опыта, задуманного эорианами — величайшими магами, а вернее будет сказать секулярными учёными, из чрезвычайно удалённого мира. Чувствую ли я себя обманутой? Ни в малейшей мере! Даже если отбросить заверения профессора, сказавшего, что «причины твоего пребывания в исследовательском центре уже не имеют никакого значения», меня действительно терпеливо и тщательно обучили, и при этом подвизавшие меня в таком качестве люди относятся ко мне настолько хорошо, что лучшего невозможно и вообразить. Единственное, что меня немного обескураживает — это обыденность произошедшего, с какой воспринимают всё это сами эориане. Я ждала от опыта чего-то большего, чего-то великого, славного и даже патетического, но, судя по всему, в итоге я послужила, как выразился штурмовик Рад, девочкой для калибровки оборудования, крохотной и не самой значительной деталькой в непостижимо сложном и невероятно могучем механизме эориан. К счастью, механизм этот всё-таки исправил роковую судьбу моего мира.

Как только мы прибыли, с «Тай-Та» сразу же попали на базу Последствий — всё тем же волшебным способом, что забирал нас с заповедной Эоры. База немного похожа на Светлые Чертоги, находится она где-то в космосе, возможно, на дальней орбите Геи — моя родная планета видна с неё примерно так, как с Геи видно Селену. На базе нас поджидали оба моих наставника, и поначалу у меня сложилось впечатление, будто там собрались чуть ли не все мудрецы с факультета, чтобы лично наблюдать наглядные опыты профессора Хиги. Цель этих опытов заключалась в том, чтобы продемонстрировать этим мудрецам некоторые способы борьбы с инвазией Шал-Гур. Избавление от неё Геи, таким образом, было лишь целью побочной. Помимо нас — тех, кто ещё недавно гостил в каменном доме на Эоре и, наверное, доброй половины гостей Светлых Чертогов, мне там встретилось немало эориан — не меньше сотни, и большинство из них — штурмовики! Ещё до начала опытов я успела насмотреться на самых разных штурмовиков. Должна отдать им должное: что бы мне о них ни говорили, эти грозные на вид соратники Ниссы и Рада если и замечали меня, то смотрели равнодушно, порой даже доброжелательно, и ни один из них не отпустил в мой адрес ни единого слова, тем более — грубой или непристойной шутки. Пробыв на базе недолго, мы вернулись на звездолёт в прежнем составе, за исключением того, что кресло Ниссы — огненноволосой стражницы — вскоре занял мой новый наставник профессор Бор Хиги.

И вот, наконец, подошло время опыта. Добрейший профессор сказал мне несколько ободряющих слов в напутствие и я погрузилась в медитацию — прямо в кресле, на борту звездолёта и в виду голубой Геи — к тому времени она вновь избавилась от белой оболочки кокона, на этот раз окончательно. Профессор, Салинкар и эорианские антиподы во время медитации меня не разглядывали, они отстранились, переместившись подальше (или это я от них отдалилась?), и занимались своими делами, зато прямо напротив меня встала чёрная фигура анака. Я впервые увидела Тай-Та стоящей — я ведь полагала, что её рост ниже моего, но теперь мне показалось, что она даже повыше. Поначалу Тай-Та смотрела на меня так, что робость и смущение буквально выгорели во мне под её взглядом, а затем она закрыла глаза… Анак произнесла несколько слов; очевидно, она тоже хотела меня ободрить — по-своему:

— Нельзя вернуть всё назад — что сделано, то сделано, — сказала она мне совсем тихо. — То, что я привлеку, это будет уже другая Гея. И все люди на ней будут другими. Хотя ты этого, скорее всего, не заметишь, но в итоге прежней там останешься лишь ты одна… Наверное, для кого-то это стало бы тяжким бременем, но только не для тебя, девочка.