Но я просто обязан в подробностях описать главное событие — нашу славную битву.
Мы нагнали конвой под водой и несколько часов сопровождали его на безопасном расстоянии, на котором «Киклоп» не могли засечь их гидроакустические станции. После того, как противник заметил наш беспилотный разведчик (скорее всего, вслед за нашим там побывали и другие), корабли рассредоточились в противоатомный ордер, и теперь шли на удалении полторы-две мили друг от друга, а мы пристроились за одним из крайних эсминцев. Мне тогда показалось странным, что после того, как их обнаружили, они не сменили курс, ведь обычно в подобных случаях конвои переходят на размашистый зигзаг. «Торопятся? — помнится, ломал я голову. — Или огромный джаггернаут настолько неповоротлив?..» Эсминцев оказалось всего пять: ещё один шёл довольно далеко в авангарде, и на картинке с беспилотника я его не разглядел. Оба наших капитана — и Озавак-Ан, и Скванак-Ан — находились во время всей операции на мостике, то есть на капитанском посту в рубке. За пост акустика усадили самого опытного в этом деле — офицера-моториста. Все шесть наших крылатых ракет были заправлены и подготовлены к пуску. Время тянулось и тянулось, и я не знал, чего же мы выжидали. Операция готовилась в такой тайне, что даже меня — ответственного за связь и разведку — не посвящали в неё до последнего момента, и я был уверен, что наша встреча с джаггернаутом — чистая случайность!
И вот, наконец, это произошло — всего пару часов назад. Скванак-Ан обратился ко всем находившимся в рубке: он объявил, что сейчас «Киклоп-4» в составе группы атакует конвой и первая наша цель — плавучая крепость. Ракетный залп мы обязаны выполнить безукоризненно, потому что попадание наших ракет по джаггернауту будет сигналом к атаке остальным кораблям, а также воздушной поддержке. О, Близнецы! Надо ли говорить, что все мы были потрясены этими словами капитана, и тут же мощная волна воодушевления подняла весь офицерский состав «Киклопа» на новую боевую высоту: каждый из нас годами готовился именно к такому моменту, и каждый горячо желал не опозорить себя, своих наставников и начальников, выполнив свой долг так, чтобы заслужить славу и Честное имя.
Капитаны короткими командами распределили обязанности по постам. Сам Дважды Рождённый поручил мне вести одну из ракет, а о связи с другими участниками атаки из нашей группы даже не упомянул.