Диана вздохнула. Она любила Англию, свою родину. Как она покинет ее? Но мысль о том, чтобы вернуться и поискать там работу, почему-то лишала ее присутствия духа. Сейчас ей необходимо держаться как можно дальше от знакомых мест, если она хочет освободиться от горьких, мешающих свободно дышать мыслей. Но если она найдет какой-нибудь уединенный уголок, какой одинокой она станет… Диана решила, что терзаться бесполезно – время все расставит по своим местам. Как жаль, что она не может остаться здесь, пока к ней не вернутся безмятежность и спокойствие!
Услышал ли Георгиос ее вздох, она не знала, но он неожиданно произнес:
– Тебе понравилось бы работать с нами, я уверен. Я это чувствую!
Она кивнула, качнув золотистыми локонами:
– Да, я тоже так думаю! И очень этого хочу!
– И мы бы очень хотели, чтобы ты осталась. Если бы не финансы, ты стала бы неоценимым помощником. Должен же быть какой-то выход!
– Я его не вижу. Я ничего не достигла в жизни. А после того, как бумаги Ральфа были приведены в порядок, оказалось, что и его дела шли совсем плохо. Но это между нами, – поспешно добавила она.
– Неприятная ситуация. Теперь моя очередь быть откровенным. Наши семьи, моя и Михаила, решили вложить свои капиталы в наше предприятие, и они были очень щедры. Мы не можем просить их о большем. – Георгиос внезапно заразительно улыбнулся, что удивительно преобразило его некрасивое лицо. – И все-таки я верю в старый девиз моего отца: «Препятствия в делах всегда преодолимы!»
Дядя и тетя встретили Диану очень радушно. За время весьма короткого отсутствия племянницы они успели подготовить для нее культурно-развлекательную программу. Об этом старики сообщили девушке довольно неуверенным тоном, опасаясь ее отказа, но, к их облегчению, она согласилась. Эти мероприятия, по их мнению, должны были немного отвлечь ее от грустных мыслей. Диана решила, что тетя с дядей, вероятно, пытались вернуть ее к жизни.
Время, проведенное в Никосии с Михаилом и Георгиосом, доставило Диане гораздо больше удовольствия, чем она ожидала. В веселой и сердечной мужской компании она оттаяла душой, а высокая оценка способностей англичанки и признательность за помощь вызвали приятные мысли о грядущих в ее жизни счастливых переменах. Она чувствовала себя моложе и сильнее, поверив наконец, что воспоминания о неудачном замужестве с его трагическим финалом вскоре перестанут преследовать ее днем и ночью.
Те развлечения, в которых ей пришлось участвовать по просьбе тети, оказались не очень веселыми. Да никто из знакомых, особенно греков, и не рискнул бы пригласить молодую вдову на танцы или шумную вечеринку. Но она побывала с молодежью на пикнике с купанием, а со старшим поколением объездила все окрестности. И хотя грустные мысли все еще продолжали время от времени досаждать ей, длилось это наваждение уже не часы, как прежде, а короткие мгновения.
За пару дней до возвращения вместе с семьей Эммы в Фамагусту Диана пила кофе в гостях у одной из тетиных соседок. Когда девушка вернулась домой, тетя уже сгорала от нетерпения, ожидая ее.
– Только что звонил Георгиос, – сообщила она. – Он хотел поговорить с тобой, Диана. Они с Михаилом и Йоландой, той девушкой, которая работает у них в офисе, приглашают тебя сегодня в один из новых ресторанов в Кирении.
– Но я не могу пойти туда – это предпоследний вечер с вами! – воскликнула Диана.
– Они очень хотят, чтобы ты поужинала с ними. Георгиос просил перезвонить, если ты не сможешь. Я взяла на себя смелость сказать, что если ты не позвонишь, значит, согласна.
Диана все еще колебалась, и тетя Бесси ласково продолжила:
– Моя дорогая, ты обязательно должна приехать к нам еще разок перед возвращением в Англию. Так что спокойно иди со своими молодыми друзьями. А перед отъездом предложи им по стаканчику шерри.
– Ну, если вы не обидитесь на меня…
– Ты же еще будешь здесь завтра, когда приедет Эмма с семьей, – с улыбкой заметила тетя Бесси. – Иди, конечно, не то над Кипром пронесется стон уныния.
Вскоре за ней приехали. Парни были в прекрасном настроении, а глаза Йоланды оживленно блестели. Михаил запрыгнул к ней на заднее сиденье, освободив место рядом с Георгиосом для Дианы. Извинившись перед родными Дианы, что они не смогут зайти на шерри по причине того, что немного опаздывают, Георгиос выразил надежду, что тетя Бесси и дядя Том простят их.
В машине он с таинственным видом сообщил Диане, что они направляются в горную деревушку Беллапе.
– А ты помнишь ее? – спросил он Диану.
– Конечно. Всякий раз, приезжая на Кипр, я посещала там прекрасный старый монастырь и пила кофе под «древом досуга» на деревенской площади.
– Теперь там началось небольшое строительство, – предупредил Георгиос. – Возводят новые дома. Но Зенон живет в одном из старых особняков на деревенской улице.
– Ты хочешь сказать, что мы собираемся в гости к Полу Диметриосу? – Диана испуганно вздрогнула, но постаралась не показать своего смятения.
– Да. Ты не знала, где он живет?
