Они сели к столу на плетеные стулья, причем Йоланда ухитрилась занять место рядом с Михаилом. В кружках оказался легкий нектар, теплый от пламени камина и восхитительный на вкус, и Диане стало казаться, что идея визита к Полу не так уж и плоха. Они беседовали о последних археологических открытиях, которые заинтересовали и взволновали их всех. Но внезапно разговор переключился на другую тему, когда Пол неожиданно сказал:
– А теперь давайте приступим к делу.
Диане показалось, что все смотрят в ее сторону, и она удивленно спросила:
– Это как-то связано со мной?
– Совершенно верно, – подтвердил Михаил. – Сейчас Георгиос тебе все объяснит.
– Наверное, ты уже догадываешься, о чем речь, – повернулся к Диане Георгиос и весело улыбнулся. – Мы нашли способ оставить тебя в агентстве. Пол, для меня он Зенон, решил поддержать нас материально.
Диана сразу же напряглась:
– Только потому, что я могу говорить с клиентами из Дании, которые раз в месяц звонят вам по телефону? Но это абсурд!
– Минуту! – в разговор вступил Пол. – Я уже вложил в «Афродиту» кое-какие средства и полностью согласен с Георгиосом, Михаилом и конечно же с Йоландой, – он улыбнулся итальянке, и та с важным видом кивнула, – что в ваших силах помочь агентству расширить клиентуру. Но вам необходимо пройти предварительную подготовку, чтобы сопровождать небольшие группы…
– Подождите! Я ничего не понимаю! И мне совсем не нравится ваш тон. – Она враждебно взглянула на Пола. – Получается, что это вы будете платить мне жалованье?
– Не совсем так, – ответил Пол и глазом не моргнув. – Я только увеличу свои инвестиции, чтобы Георгиос и Михаил могли обеспечить вам приемлемый оклад. Причем не только тогда, когда вы приступите к работе, но и в период обучения.
– Не правда ли, замечательное решение? – несколько растерянно спросил Георгиос, заметив, как застыло лицо Дианы.
– Возможно, с вашей точки зрения… хотя лично мне это не по душе. Я понимаю, что мистер Диметриос сделал подобное предложение с похвальным намерением помочь вам. Но фактически выходит, что он становится моим нанимателем с правом уволить меня, если ему это взбредет в голову.
– Ты все неправильно поняла, – запротестовал Михаил. – Он наш хороший друг…
– Но не мой, – возразила Диана.
– Дружба здесь ни при чем, – тяжело вздохнул Пол. – Миссис Мортон и я совсем не знаем друг друга. – Он повернулся к Георгиосу: – Я же просил тебя не упоминать моего имени и не указывать источник, откуда вы получите дополнительные средства.
– Зная Диану чуть лучше, ты бы понял, что она чрезвычайно сообразительная девушка. Она все равно докопалась бы до сути.
Диана грустно подумала, что не такая уж она и сообразительная, раз позволила Ральфу обмануть себя. Но вслух она уверенно заявила:
– В любом случае я бы не дала обвести себя вокруг пальца.
– Не очень приятный способ отказа, – заметил Пол ледяным тоном.
– Прошу прощения.
Она сказала это искренне, чувствуя, что ведет себя правильно и довольно цивилизованно. Почему-то этот высокий широкоплечий мужчина с рыжими волосами вызывал у нее антипатию. Видя Пола, она сразу же вспоминала его грубое и эгоистичное поведение на борту корабля и, как дикобраз, выпускала колючки. А его идея скрыть имя нанимателя просто нелепа.
– Давайте оставим этот вопрос на точке закипания, – предложил Михаил так печально, что Йоланда сочувственно сжала его руку, а Георгиос, натянуто улыбнувшись, поддержал друга.
– Как насчет ужина? – бодро спросил он и повернулся к Полу: – Может, поедешь с нами?
– Нет. Мне надо еще поработать. Кое-что разобрать и классифицировать. – Он немного поколебался и добавил: – Но если вы не очень торопитесь, я могу показать вам несколько вещиц, которые мы нашли на Родосе. Я выставлю их на полку.
От увиденного все пришли в восторг. Здесь были большие фрагменты кувшинов, любовно расписанных красочными цветами и геометрическими узорами древними художниками более двух тысяч лет назад; части бронзовых античных ваз и небольшой кусочек керамики, привлекший их внимание потому, что Пол держал его в руках с особенно трогательной заботой. Казалось, в этом осколке не было ничего интересного, и человек непосвященный даже не задержал бы на нем своего взгляда. Но Пол с неподдельным благоговением в голосе сказал, что нашел его на Пафосе и не сомневается, что это обломок головы небольшой статуи Афродиты, некогда украшавшей алтарь в каком-то бедном доме. Это все, что от нее осталось.
Пол разрешил им пустить по кругу некоторые из драгоценных находок, но, когда Йоланда рискнула взять без спроса какой-то черепок с выгравированными причудливыми иероглифами, Пол рявкнул: «Не трогай это!» – таким голосом, что девушка от испуга чуть не выронила его.
– Прошу прощения, – извинился он за свое поведение, когда Йоланда вернула черепок на место, – но это не мое. Мне дали его на время в одном из музеев, и, если с ним что-нибудь случится, они сдерут с меня шкуру.
