Мы собрались очень быстро и без сожаления оставили за кормой блистательный Нью-Йорк, укутанный неожиданным апрельским снегом. На воздухе было ещё холодно, но топлива на «Нике» имелось достаточно и мне казалось, что проложи папа курс в северный Ледовитый океан, я бы с радостью приняла и это известие. Но мы двигались на юг, вдоль восточного побережья Америки, во Флориду. По правому борту по вечерам светились города, и казалось, что ушедшее солнце оставило в них часть своего света. Папа рассказывал мне историю Америки, которую я совсем не знала. Про первых поселенцев и уничтожение индейских племен, про работорговлю и гражданскую войну. Он называл мне штаты, мимо которых мы двигались, а я искала их на карте, сравнивая береговую линию и неожиданно находя соответствующие поселения.
Во Флориде, в городке Порт Салерно я снова пошла в школу. От пристани, где была пришвартована «Ника», до школы и обратно было около трех километров. Пешком пройти это расстояние под южным слепящим солнцем тяжело, но у нас же были велосипеды! В то время, как остальных детей привозил школьный автобус или родители, мы приезжали как настоящие ковбои, на сверкающих серебристых конях. Больше я ничем среди детей не выделялась. Накрепко запомнив свой первый школьный опыт, я вела себя тихо, отвечала только когда меня спрашивали и вела себя со всеми любезно. Мой черный загар сошел ещё в Нью-Йорке, а непослушные волосы были убраны в маленькие хвостики, поэтому Дикаркой меня уже никто не дразнил. Впрочем, вокруг все были такие же загорелые и я не выделялась среди детей.
Может быть потому, что я была осторожной, может быть потому, что «южные» дети доброжелательнее «северных», а скорее потому, что учебный год подходил к концу, у меня не было конфликтов в школе, я сдала все тесты и мама с папой даже пришли ко мне на выпускной. Когда после выпускного я узнала, что мне предстоит ещё целый год учиться в начальной школе, а потом ещё бесчисленное время в средней и старшей я сильно опечалилась. Мама была непреклонна и даже склонялась к классической католической школе для девочек (брали верх её ирландские корни). Тогда я бросилась к папочке.
- Папочка, неужели я всю свою молодость должна провести в душных классах, с чужими людьми и с наставниками, которые весь свой ум вычитали в книжках? Лучше я буду каждый день вести бортовой журнал и помогать тебе в расчетах. Я прочитаю все –все книжки на свете, я буду делать всё, что ты велишь, только, пожалуйста, не отдавай меня снова в школу!
Или я была очень убедительна или у папы были на этот счет свои планы, но папа обнял меня за плечи и сказал:
- Начинаются каникулы, деточка! Мы идем в Карибское море! Море капитана Колумба, капитана Флинта и Черной Бороды.
- В Карибское?! – подхватила я. – Как здорово! А там нет пиратов?
- Ну, если только немного, возле Гаити, усмехнулся папа.
Маме не очень нравились папины планы. Карибское море - часть разгульной жизни Ника, которую он вел до встречи с Гленн. К этому региону мама не шуточно ревновала моего отца, а он только подсмеивался:
- Идешь по острову, видишь ребенка – непременно дай ему конфету. Может быть это твой сын.
Тогда я ещё не понимала этих шуточек.
Папа объявил маме, что я пойду в школу только через год и сразу в среднюю. Мама по началу протестовала:
- Как же Софи будет учиться?
- Всё в порядке, - отвечал ей папа. - Она будет учиться. Только не той ерунде, что преподают в школе. Она будет учиться Жизни.
- Но ведь американское образование… - начала мама.
- Поверь мне, Гленн, американское образование не самое лучшее в мире. Я, слава Богу, учился во Франции и знания, что я получил в своей школе, глубже, шире и полнее тех, что может дать самая распрекрасная школа Америки. А тебе, Гленн? Много ты знаний и умений получила в своей школе?
- Я научилась там всему! – с вызовом ответила мама.
- Так уж и всему? – хитро переспросил отец и, обняв маму со спины, нежно и не спеша поцеловал её в шею.
Мама слабо пыталась возражать:
- В школе меня научили читать и писать. Я лучше всех решала задачи…
Папа ворковал, не отрываясь от маминой шеи, скользя по ней губами:
- А кого обманули на рынке в Неаполе? Кто неверно заполнил налоговую декларацию?
- Этому в школе не учат!
- Так ведь это и есть Жизнь! Глупо учить то, что никогда не пригодиться.
