Спустя примерно 20 лет в нашу жизнь вошли другие органические фосфаты, применяемые в качестве инсектицидов, и вскоре стали происходить случаи, напоминающие «имбирный паралич». Одной из жертв был работник оранжереи в Германии, имевший дело с паратионом. Несколько раз у него появлялись слабые симптомы отравления, а через несколько месяцев наступил паралич. Острое отравление другими инсектицидами этой группы было обнаружено у трех работников химического завода. После лечения они поправились, но через 10 дней у двоих появилась мускульная слабость в ногах. У одного слабость была в течение 10 месяцев; у другой — молодой женщины — слабость перешла в паралич ног и рук. Спустя 2 года, когда об этом случае было напечатано в медицинском журнале, она все еще не могла ходить.
Инсектициды, явившиеся причиной этих заболеваний, были изъяты из продажи, но некоторые из применяемых сейчас также могут причинить аналогичное зло. При опытах с цыплятами было обнаружено, что малатион (так полюбившийся садоводам) вызывает у них большую мускульную слабость, сопровождающуюся (как при «имбирном параличе») разрушением оболочки седалищного и спинного нерва.
Все эти последствия отравления органическими фосфатами, если их оставить без внимания, могут привести к еще худшему. Поскольку эти инсектициды причиняют большой вред нервной системе, позже может произойти психическое заболевание. На такие последствия указали исследователи Мельбурнского университета и Мельбурнской больницы принца Генри. Они сообщили о 16 случаях психического заболевания. Оказалось, что все больные подолгу находились под воздействием фосфорорганических инсектицидов. Среди пострадавших трое ученых, проверявших эффективность опыления ядохимикатами; 8 работников оранжереи и 5 фермеров. Заболевание выражалось по-разному:
от потери памяти до явлении шизофрении и депрессии. Все пострадавшие были вполне здоровы до того, как подверглись воздействию ядохимикатов.
Сообщения о таком действии хлорированных углеводородов и фосфорорганических соединений можно найти в различных медицинских изданиях.
Галлюцинации, потеря памяти, мания — вот чем приходится расплачиваться за временное уничтожение насекомых. Эта ужасная цена будет взиматься с нас до тех пор, пока мы не перестанем пользоваться химическими веществами, действующими непосредственно на нервную систему.
Биолог Джордж Уольд сравнил однажды свою весьма специализированную работу по видимым пигментам глаза с «очень узким окном, через которое с большого расстояния можно видеть только полоску света. По мере приближения перспектива становится все шире, пока, наконец, не будет видна вся вселенная».
Точно так же, рассматривая сначала отдельные клетки тела, затем мельчайшие структуры в клетках и, наконец, реакции молекул в этих структурах, мы можем понять, какое серьезное влияние оказывают на наши внутренние органы случайно попавшие туда химические вещества. Медицина только недавно обратила внимание на роль отдельных клеток в процессе выработки энергии, необходимой для поддержания жизни. Исключительно важный механизм, вырабатывающий энергию, является необходимым не только для сохранения здоровья, но и самой жизни. По своей значимости он превосходит самые важные органы, ибо без бесперебойного и эффективного окисления, при котором вырабатывается энергия, невозможны какие бы то ни было жизненные функции организма. Однако природа многих химикатов, используемых в борьбе с насекомыми, грызунами и сорняками, такова, что они могут непосредственно воздействовать на эту систему и нарушить работу слаженного механизма.
Исследования, которые привели к пониманию процесса клеточного окисления, являются одним из наиболее значительных достижений в области биологии и биохимии. Среди тех, кто внес вклад в эту работу, много лауреатов Нобелевской премии. Работа эта ведется вот уже четверть века и полностью не завершена еще и сейчас. Только в последнем десятилетии разрозненные экспериментальные данные были объединены в единое целое и биологическое окисление стало составной частью научных познаний биологов. Еще более важным является тот факт, что врачи, получившие медицинское образование до 1950 года, не имели возможности по-настоящему оценить исключительную важность этого процесса и опасность его нарушения.
Энергия вырабатывается не одним каким-либо специальным органом, каждой клеткой нашего тела. Живая клетка, как пламя, сжигает топливо и производит энергию, от которой зависит жизнь. Это сравнение скорее поэтичное, чем точное, так как для «сжигания» топлива клетке достаточно умеренного тепла человеческого тела. Все эти миллиарды маленьких огоньков разжигают энергию жизни, сказал химик Юджин Рабинович. Если бы они погасли, «то ни одно сердце не смогло бы биться, ни одно растение не могло бы расти вверх, преодолевая силу земного притяжения, ни одна амеба не могла бы плавать, чувства не могли бы проноситься по нервам, в человеческом мозгу не возникала бы ни одна мысль».
