Я обрушила статуэтку ему на голову, и его хватка ослабла. Я снова подняла статуэтку и снова приложилась ею ему по голове, и на этот раз руки Джейка разжались и упали вниз. Кровь струйкой потекла у него по лбу, затекла в ухо и закапала на ковёр. Я снова занесла каменного африканца над собой.
И тут я остановилась.
Эйден пел.
Это была та самая песня, которую я слышала, ругаясь с Робом. Голос Эйдена был нежен, он с лёгкостью брал высокие ноты, следуя вверх и вниз за мелодией. Голос был чудесным, как у хориста, и я заплакала. Я бросила статуэтку и, придерживая живот, слезла с Джейка. Джейк лежал неподвижно. Я убила его. Сжимая и разжимая кулаки, я постаралась успокоиться, а потом наклонилась и стала искать мобильный телефон Джейка. Его нигде не было, и я посмотрела в другой конец гостиной, где на угловом столике стоял домашний телефон — провод был перерезан.
— Эйден, — сказала я. — Нам нужно идти.
Но Эйдена уже не было на диване. Он стоял у двери в гостиную и смотрел на меня, открывая и закрывая рот, тихонько распевая песенку, и из глаз у него текли слёзы. Я шагнула к нему, протягивая руки.
— Эйден!
Он отступил назад, и в тот момент я поняла, что Эйден больше не боится Джейка — теперь он боится меня. Он метнул быстрый взгляд на коридор, и стало понятно, что он думает о том, как бы сбежать.
— Мы пойдём вместе, Эйден, — сказала я. — Я хочу найти телефон и вызвать скорую и полицию, а потом проверю, как там твой папа и Джози. Потом мы с тобой сядем в машину и будем ждать полицию. Ты не против, Эйден? — Я больше ни секунды не хотела быть в этом доме.
Но он лишь запел погромче. Он весь дрожал и раскачивал головой, потом снова посмотрел в коридор.
— Так отсюда не выйти, — объяснила я. — Дверь заперта.
Эйден сжал кулаки и бросился на меня. Его внезапная прыть застала меня врасплох, поэтому ему удалось сбить меня с ног. У меня снова свело живот, и в это время Эйден обшарил карманы Джейка и вытащил ключи от входной двери. Когда я смогла сесть, Эйден уже убежал из гостиной, и я услышала звук вставляемого в замок ключа.
— Не надо! — закричала я, но это было бесполезно: дверь открылась.
Я бросилась в угол комнаты, куда Джейк отшвырнул мой разбитый телефон. Экран был весь в трещинах, но прокручивать меню было ещё можно. Поднявшись на ноги, я поспешила по коридору к тому месту, где на ковре лежал Роб, и нагнулась к нему проверить пульс.
Роб приподнял голову, и я чуть не закричала.
— Иди… за ним… — прохрипел он.
— Я вызову скорую, — кивнула я.
Мне было невыносимо больно бросать его, но нужно было догонять Эйдена. Я побежала из дома, насколько вообще могла бежать, на ходу набирая 999[25]. К счастью, Эйден не додумался запереть дверь снаружи.
— На меня напали в доме подруги, — сказала я, как только оператор принял звонок. — Мой муж напал на моего бывшего парня. Кажется, он сильно ранен, я не знаю… Он также напал и на подругу, думаю, она связана и лежит на втором этаже, я её не видела. Он мог её и убить. Кажется, я его убила, в смысле мужа. Я ударила его статуэткой, потому что он хотел убить моего сына. У него нож. Нам нужна скорая. Мне нужно искать сына, он куда-то убежал. — Я сообщила адрес и повесила трубку, даже не сказав своего имени.
Я бежала по гравийной дорожке, с трудом различая в темноте силуэт Эйдена — он направлялся вниз, к дороге. Я помчалась с предельной скоростью, на которую только была способна, одновременно листая меню телефона. Нужно позвонить инспектору Стивенсону, он единственный был в курсе дела.
Он ответил на звонок сразу же.
— Это Эмма. Джейк напал на меня, Роба и Эйдена. Кажется, я его убила. Он в доме Джози Барратт. Эйден убежал, я бегу за ним.
— Нет, Эмма, оставайтесь на месте! Я уже еду.
— Мне нужно его догнать. — Я остановилась, потому что мои внутренности скрутила очередная схватка. Я понятия не имела, как часто они происходят — каждые пять минут? Не знаю.
— Эмма, что с вами?
— Я рожаю.
— Чёрт. Оставайтесь на месте. У нас есть машина скорой…
— Я уже вызвала. — Маячившая впереди фигура Эйдена, едва различимая в разыгравшемся ливне, сделала резкий поворот в сторону от дороги. Пошатываясь, я пошла вниз по склону холма, чтобы не терять его из виду. — Кажется, Эйден идёт к лесу.
— К Дремучей Долине? — спросил Стивенсон.
— Ага. Думаю, туда он и идёт.
— Я еду.
— Вы нашли гараж? — спросила я.
— Да, — ответил он.
— Хорошо, — сказала я и повесила трубку. Телефонный разговор сильно ограничивал мою скорость.
У границы Дремучей Долины Эйден замедлил шаг — такое впечатление, что он пытался сообразить, в какую сторону двигаться, и это говорило о том, что у него есть какая-то цель. Не просто так он бежал в лес.
