Равод хмурится. На мгновение его реакция напоминает мне Мадса. Я вздрагиваю, вспоминая того, кого я так глубоко ранила.
– Я не понимаю.
Катал указывает на меня изящным жестом, и я замечаю, что Равод смотрит на меня с выражением полнейшей апатии. Неужели он все-таки не узнает меня?
– Эта молодая леди – Шай, – говорит Катал, – ваш новый рекрут.
Равод, скованно шагая, ведет меня по прохладным, гулким коридорам замка. Замок кажется все темнее, его переходы все извилистей, чем дальше мы углубляемся.
Сначала мы проходим через зал с величественным куполом, на котором изображено ночное небо, а горящие свечи представляют звезды. По залу разбросаны изображения лошадей, мечей и солдат. Мы проходим через двухъярусную базилику, уставленную статуями, от которой расходятся закрытые сады, где барды расхаживают, склонив головы, а некоторые, опустившись на колени, ухаживают за растениями. Мы идем по узкой каменной дорожке одного из садов, и я восхищаюсь виноградными лозами, которые вьются вокруг колонн, покрытые синими цветами, мерцая в умирающем солнечном свете. Не в силах сдержаться, я осторожно касаюсь нежных лепестков.
Равод замедляет шаг и останавливается в нескольких шагах впереди. С долгим тяжелым вздохом он оборачивается и смотрит на меня оценивающим взглядом.
– Извини, – быстро бормочу я, – я не хотела нас задерживать.
Губы Равода сжимаются, и он делает шаг ко мне, сложив руки на груди.
– Я же просил тебя не искать нас, – он узнал меня.
Я почти забыла о странной, едва уловимой силе его голоса. При этих словах слабое электрическое покалывание проходит вдоль моих ребер, от боков к центру груди.
Я улыбаюсь с надеждой.
– Ты помнишь меня?
– Это не так… – Равод откашливается, но его точеное лицо остается невозмутимым, – должен ли я предположить, что ты простодушна или просто плохо слышишь? Ты явно сделала все возможное, чтобы проигнорировать конкретную и очень простую инструкцию.
Ярость заливает мои щеки, поднимаясь от шеи.
– Я пришла, потому что в моей деревне случилось что-то ужасное, – я неровно дышу и, наверное, должна остановиться, но слишком зла на его оскорбление, что я глупая девчонка, которая следовала за ним весь этот путь, несмотря на его предупреждения. – Может показаться неожиданностью, но я пришла сюда не потому, что мне так захотелось. Ты не можешь представить, с какими трудностями я столкнулась, покидая дом и во время путешествия сюда…
– Я много путешествовал по Монтане, так что в общем-то могу представить, – говорит Равод, только разжигая гнев в моей груди.
Я решительно продолжаю говорить, прерывая его:
– …весь этот путь по небезопасной местности для аудиенции с любым бардом, который будет меня слушать, и…
– Очень хорошо, я согласен. Ты высказала свою точку зрения, – Равод поднимает руку, прерывая меня. Он замолкает, изучая мое лицо. – Ты яростная, правда? – говорит он, хотя ничто на его лице не выдает, что он нашел мои слова волнующими. У меня покалывает кожу от того, как он это произносит, и я смотрю на него.
– Я хочу сказать, что не просто заскочила к вам на чай, – говорю я, скрещивая руки на груди.
К моему удивлению, он улыбается и смеется так тихо, что я почти не слышу.
– Ты такая забавная. Посмотрим, как долго это продлится.
– Что ты хочешь этим сказать? – спрашиваю я, когда Равод начинает удаляться. Я бегу, чтобы догнать его.
– Обычно, когда мы получаем рекрута с чувством юмора, происходит одно из двух, – говорит Равод, его темные глаза устремлены вперед, пока мы продолжаем идти через сады, – либо он бросает эту привычку, либо умирает.
– Это что, угроза? – сад начинает казаться призрачным и серым в сгущающихся сумерках, и я вдруг понимаю, как холодно здесь, в высоких горах. Я обхватываю себя руками.
Равод бросает взгляд на меня и отводит глаза.
– Необязательно, – он добавляет тише, – ты, должно быть, дала какие-то обещания. Лорд Катал обладает особым даром чувствовать такие вещи.
– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, хмурясь на Равода, который упрямо продолжает смотреть в сторону.
– Любопытство. Еще одна черта, которую нужно искоренить, – заявляет Равод. Мы подошли к большим кованым воротам на краю сада. Два стражника кланяются ему и пропускают нас.
– Я скажу только одно, и надеюсь, что на этот раз ты прислушаешься ко мне, – кивает он, когда мы проходим мимо них, – будь осторожна с Каталом. Служи ему. Повинуйся ему. Но будь очень осторожна, разговаривая с ним.
– Но почему? – вопрос обжигает, и я не могу не задать его, однако Равод бросает на меня мрачный взгляд, говорящий, что не стоит испытывать судьбу.
Ворота выводят нас на ровное поле, окруженное с одной стороны стеной замка, а с другой – горами. Я никогда не видела таких скал – величественных, массивных, устрашающих, смертоносных. Издалека я слышу грохот водопадов, он звучит для меня как стук тысячи копыт.
