Кеннан задыхается, и я чувствую, как ее ногти впиваются в мою шею, дергая меня назад. Я кричу, шатаясь и падая на колени.
Но над моей головой громко раскатывается гром. Туча продолжает расти, и кусок скалы, под которым я была, врезается точно в то место, где я стояла, преграждая течение воды.
Я в ужасе отползаю в сторону, и вода катится по обеим сторонам скалы, меняя курс и брызгая мне под ноги.
Я это сделала.
По крайней мере, я так думаю.
– Ты пытаешься покончить с собой? – разъяренное лицо Кеннан выводит меня из транса. Ее щеки пылают, и она что-то вытирает с рук. Мою кровь? – Ты глупая, безрассудная.
– Но я это сделала, – я даже не пытаюсь подняться с мокрой земли. Я наслаждаюсь, позволяя прохладной воде успокоить боль в висках. Смех вырывается из меня, когда я вижу зияющую дыру, оставленную камнем. – Я… Я сделала это!
– Чуть не убив себя в процессе, – ярость в ее голосе пугает меня, – ты должна научиться держать себя в руках. Если ты не можешь контролировать себя, то не можешь надеяться контролировать что-то еще, – она показывает на водопад. – Цель состояла не в том, чтобы вызвать обрушение скалы. Ты должна была сосредоточиться на воде.
– Сделать это по-другому не получалось, – я выдерживаю ее взгляд и встаю, чувствуя себя храброй. В ярости Кеннан есть что-то еще, похожее на страх. Я пытаюсь понять его, возможно, здесь нужен иной образ мышления.
В мгновение ока Кеннан оказывается рядом, ее когтистые пальцы тянутся ко мне, готовые вырвать мой предательский язык. Я вздрагиваю, готовясь к ее возмездию.
Звук хлопков прорывается сквозь наше напряжение и заставляет Кеннан замереть, ее руки в сантиметре от моей шеи.
Кто-то здесь… аплодирует?
Из тени пещеры выходит фигура.
Катал.
– Браво, Шай, – он улыбается мне, – на меня это произвело должное впечатление.
Кеннан молча отстраняется, она убирает руки за спину и кланяется. Катал хмуро смотрит на нее. Я падаю на колени, слишком усталая, чтобы стоять.
Катал оценивающе смотрит на водопад. Его элегантная одежда и острые глаза мерцают на свету.
– Благодарю вас, Кеннан, за то, что уделили мне время, – говорит он, – но полагаю, ваши услуги больше не требуются.
Кеннан пытается возразить, но Катал делает шаг вперед, полностью сосредоточившись на мне.
– А теперь, если вы будете так добры, я хотел бы поговорить с моим новым бардом наедине.
Он знает. Знает, что я пробралась в комнату Найла.
И он слышал, что я проваливаю тестирование. Он понимает, что совершил ужасную ошибку. Он, наконец, видит правду – я не одарена, а проклята – и теперь я заплачу за это. Меня вышвырнут или показательно накажут.
Он еще думает, не казнить ли меня.
Я не могу перестать дрожать. Я потираю руки, стараясь сохранять спокойствие, и иду за Каталом. Чем дальше мы продвигаемся, тем оживленнее становится в замке, слуги и стражники снуют туда-сюда. Они нервно поглядывают на проходящего мимо Катала, словно опасаясь, что он может оценить их работу. Ясно, что я не единственная на грани нервного срыва.
Катал замедляет шаг, когда к нам приближается камергер, заламывая руки и говоря что-то. В нескольких шагах позади я слышу их разговор, но это, кажется, не беспокоит Катала. Спокойствие не оставляет его ни на секунду, как обычно.
– Это просто ужасно, ваша светлость, – камергер почти обезумел, – за все мои годы я никогда не видел такой пыльной галереи!
– Уверен, это абсолютная трагедия. Однако меня больше интересует вопрос нашей безопасности, – отвечает Катал, – в рапорте, который мне дали, говорилось, что наших охранников будет недостаточно.
– Для таких больших свит, как свита посла Рихтера и архиепископа, да, – отвечает камергер, все больше волнуясь, если это вообще возможно, – у нас просто не хватает охраны для праздника такого масштаба!
– Силы извне, – предлагает Катал, – обычных кандидатов должно хватить.
Камергер театрально кланяется и уходит. Катал оглядывается на меня, обезоруживающе улыбаясь.
– Испытания и невзгоды, связанные с тем, чтобы устроить бал для иностранных сановников, – он смеется. На мгновение я забываю, что у меня могут быть большие неприятности.
Мы достигаем цели слишком быстро, и мои опасения снова накатывают на меня волной. Замок, похоже, может расширяться и сжиматься, или, может, мое волнение заставляет время мчаться вперед. Прежде чем я успеваю собраться с мыслями, перед нами открывается массивная дверь.
– Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее, – Катал жестом приглашает меня пройти дальше, когда я переступаю порог гостиной. Потолок представляет сложный стеклянный купол, который, кажется, заманивает золотой солнечный свет в комнату. Элегантные оранжерейные орхидеи, расположенные вокруг зон отдыха, дополняют иллюзию, что мы сидим на открытом воздухе.
Мой взгляд обегает пространство, я пытаюсь понять, где мы находимся, стараясь не отвлекаться на великолепие.
– Спасибо, – я слегка прикусываю губу и опускаюсь на одну из подушек. Она такая мягкая, что мне хочется раствориться в ней. Через купол над головой я вижу, что облака приобрели розовый оттенок. Должно быть, я весь день боролась с водопадом.
