Я закрываю за собой дверь и сажусь на стул рядом с Робом. Папа откидывается на спинку красного кожаного кресла, держа во рту сигару.
– Мне нужно поговорить с тобой о чем-то важном. Это новая девушка. Организуй собрание.
Не понимая, какого хрена он рассказывает мне о какой-то новой девушке, я все равно лезу в задний карман, вытаскиваю телефон и пишу групповое сообщение всем Королям.
Отец созывает собрание. У меня дома – сейчас.
Я откидываю мобильник, игнорируя вибрирующие уведомления, и снова переключаю внимание на папу.
– Почему это так важно?
Меня воспитывали среди секретов, и в некотором смысле это сделало меня тем, кем я являюсь сейчас. Все это время меня готовили к тому, чтобы после смерти отца я принял на себя его Корону – пусть это и делалось втайне от меня. Раздается стук в дверь, и в кабинет медленно входят Эли, Нейт, Брантли, Хантер, Кэш и Чейз, вопросительно глядя на нас с папой.
– Входите, мальчики.
Я все еще не до конца понимаю, во что, черт возьми, играет отец, но в одном я уверен – кто-то скоро умрет. Но не один из Королей – это было бы нарушением закона. Да, у нас были свои законы.
– Есть кое-что, о чем я никогда не рассказывал ни одному из вас, даже Бишопу. Конечно, однажды я уже намекал на это, но… есть шанс, что один Серебряный Лебедь проскользнул через систему. Мы знаем ее родословную, и все остальное, что может нам понадобиться, кроме того, как она выглядит. Кажется, фотографий этой девушки не существует. Но я хотел предупредить вас, мальчики, потому что она из вашего поколения.
– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я, откидываясь на спинку стула и проводя указательным пальцем по краю верхней губы.
Скорее всего, это был очередной приступ паранойи, такое случалось уже не один раз, и, судя по всему, паранойя была одним из первых пунктов в его должностной инструкции. Это всегда означало одно и то же – скоро прольется кровь.
Отец переводит взгляд на Роба, а затем снова смотрит на меня.
– Есть надежный источник. Мы уже выслеживаем эту ошибку, чтобы позаботиться о ней раз и навсегда, но, вы, мальчики, должны знать, что отныне эта проблема в вашей юрисдикции[11].
– Что? Мы ведь не занимаемся подобными вещами… – начинаю я, немного раздраженный тем, что придется пополнить свой список убийств. – Я не Потерянный Мальчик.
Папа наклоняется вперед, его взгляд становится ожесточенным.
– Ты сделаешь так, как я скажу, сын.
Затем он откидывается назад, и выражение его лица становится хладнокровным – снова. Я почти уверен, что этот старик – полный психопат.
