Я не спрашиваю его, почему мы не встретимся завтра, ибо знаю — нам обоим нужно время, чтобы осмыслить всё случившееся за последние сутки. К тому же мне действительно надо поговорить с Карен и рассказать ей о своей новой любовной жизни. Вернее, о своей новой живой жизни.
Прошёл уже почти месяц с того дня, как мы с Холдером объявили себя парой. И за всё это время мой бойфренд не выкинул ни одного финта, от которого у меня могла бы поехать крыша. Наоборот, некоторые его милые привычки вызывают у меня всё большее восхищение. То, каким изучающим взглядом он подчас на меня смотрит; как играет желваками в раздражении; как облизывает губы, когда смеётся. Очень сексуально. А уж ямочки… нет, лучше вообще не начинать, иначе не остановлюсь никогда.
К счастью, с того момента, как он проник в мою спальню и мою постель, со мной всё тот же Холдер. Ни намёка на Холдера мрачного или бешеного. На самом деле, мы с ним всё глубже настраиваемся на один лад, звучим в унисон, и чем больше времени мы проводим вместе, тем лучше я начинаю понимать его, почти так же глубоко, как он понимает меня.
Поскольку Карен никуда не уезжает на выходные, у нас с очень мало возможностей побыть наедине. Мы вместе за ланчем, а по выходным ходим на свидания. По какой-то причине он не хочет появляться в моей спальне, пока Карен дома, и когда я пытаюсь заманить его, вечно придумывает какие-нибудь отговорки. Так что мы посмотрели уже кучу фильмов и периодически тусуемся с Брекином и его новым бойфрендом Максом.
В общем, мы с Холдером развлекаемся как можем, но этим развлечениям не хватает главного. Мы оба досадуем из-за отсутствия подходящего места, где можно было бы вдосталь пообжиматься. Его машина маловата для таких целей, но за неимением лучшего… По-моему, он, как и я, уже считает часы до отъезда Карен в ближайшие выходные.
Я сажусь за стол к Брекину и Максу, жду, пока Холдер принесёт нам обоим еду. Макс и Брекин встретились в местной галерее искусств, даже не зная, что учатся в одной школе. Я счастлива, что Брекин нашёл себе пару — мне кажется, он чувствовал себя третьим лишним, хотя никакой он, конечно, не лишний. Мне нравится его общество. Но теперь, когда он весь сосредоточен на собственных отношениях, общаться стало намного проще.
— Вы с Холдером заняты в эту субботу? — спрашивает Макс, когда я устраиваюсь за столом.
— Кажется, нет. А что?
— В центре города есть галерея, они устраивают выставку местных художников, там будет и моя картина.
— Круто, — говорит Холдер, усаживаясь рядом со мной. — А что ты собираешься выставлять?
— Пока не знаю, — пожимает плечами Макс. — Выбираю между двумя работами.
Брекин закатывает глаза.
— Я знаю, какую работу тебе нужно выставить, но среди этих двух её нет.
Макс впивается взглядом в бойфренда.
— Мы живём в Восточном Техасе. Сомневаюсь, что картина на гейскую тему соберёт много поклонников.
Холдер переводит взгляд с одного из собеседников на другого.
— А какая к чёрту разница, что думают другие?
Улыбка Макса меркнет.
— Для моих родителей есть разница.
— Они знают, что ты гей? — спрашиваю я.
— Да, — кивает он. — По большей части, они меня поддерживают, но всё-таки надеются, что их друзья по церкви ничего не проведают. Не хотят, чтобы их жалели — как же, их дитя проклято и попадёт в ад.
Я качаю головой.
— Если Бог из таких парней, если он готов проклясть тебя только за то, что ты кого-то любишь… я бы не хотела провести подле него вечность.
— Ставлю что угодно — в аду вовсю жарят «воронку», — смеётся Брекин.
— Когда закрывается выставка? — спрашивает Холдер. — Мы придём, но на вечер у нас со Скай свои планы.
— Открыта до девяти, — отвечает Брекин.
Я смотрю на Холдера.
— У нас есть планы? И какие же?
Он широко улыбается, обнимает меня за плечи и шепчет на ухо:
— В субботу вечером мамы не будет дома. Мечтаю показать тебе свою спальню.
По моей спине пробегает холодок, а перед глазами встают видения, совершенно неуместные в школьной столовой.
— Покраснела-то как! Даже не спрашиваю, что он там тебе нашёптывает, — хохочет Брекин.
Холдер переносит руку на моё бедро. После небольшой паузы я спрашиваю у Макса:
— А какой дресс-код для этой выставки? Я собиралась в субботу надеть одно платьице, но оно довольно открытое…
Холдер сжимает моё бедро, и я весело скалюсь, прекрасно понимая, какие образы заронила сейчас в его голову.
Макс открывает было рот, чтобы ответить, но тут парень за нашими спинами говорит что-то Холдеру — я не услышала, что именно. Внимание Холдера мгновенно переключается, он разворачивается лицом к парню и окидывает его недобрым взглядом:
— Ты не мог бы повторить?
Я сижу прямо. И видеть не хочу этого типа, который за какую-то пару секунд разбудил Холдера Бешеного.
— Наверное, я выразился недостаточно чётко, — отвечает парень, повышая голос. — Я сказал: если ты не можешь забить их до смерти, то с тем же успехом можешь к ним присоединиться.
Холдер не вскакивает сразу, что само по себе неплохо — у меня появляется время, чтобы положить ладонь ему на щёку и переключить его на себя.
