Нас сразу встретили плотным заградительным огнем, а сверху попробовали атаковать «стервятники». Между ними и истребителями нашего прикрытия завязался ожесточенный бой. Наши затянули демонов в бой на вертикалях и оттянули в сторону, открывая нам дорогу.
– Встаем в круг и работаем! – скомандовал я.
В такой ситуации тактика «круга» была самой подходящей. Штурмовики выстраивались большим кольцом над целью и по очереди пикировали вниз, сбрасывали бомбы или обстреливали врага из пушки и пулеметов. При этом каждый самолет прикрывал хвост впереди идущего. А так как высота была маленькая, то истребители противника не могли атаковать ни сверху, ни снизу, а рискнуть вклиниться в круг – было самоубийством.
– Работаем! Работаем! Перепёлка! Пулемет на платформе! Алеф! Орудие у водонапорной башни!
Осколки и пули ливнем хлестали по броне. Осатаневшие демоны стреляли по нам из всего, что у них было. Но и мы в долгу не оставались. Не меньше десятка орудий уже горело. С зенитными пулеметами было сложнее, мы легко убивали прислугу возле них, но вместо убитых вставали новые бойцы, а по самим пулеметам было сложно попасть. А ведь были еще и маги…
Очередной огненный шар разорвался прямо возле моей «касатки». Самолет тряхнуло, с крыла слезла краска, но в целом мы легко отделались.
– Сука! Рэн! Когда попадать по цели научишься! Перепёлка! Да заставь ты этих придурков щель забиться в конце-концов!
Но постепенно зенитный огонь становился все реже, одно за другим орудия и пулеметы замолкали. В небе кипел жаркий воздушный бой, на горизонте поднималось облако пыли и дыма от разбомблённого моста, а у нас заканчивался боезапас.
– Гнездо, я Горец! По цели отработал, дорога чиста!
– Горец, я Гнездо, вас понял! Возвращайтесь!
– Ребята, строимся и домой!
Пришлось решать вопрос насчет прикрытия. По-хорошему, нам надо было возвращаться вместе с ними, но над городком каждый истребитель был на счету, а первой и третьей эскадрильям еще надо было отработать по целям…
– Все в порядке, вернемся сами!
– Уверен, Горец?
– Не маленькие! До канала дотянем, а там уже как дома!
Возвращались мы плотной группой. Все машины были побиты осколками, в фюзеляже зияли дыры, а у некоторых были разбиты стекла фонарей кабины. Я как обычно пристроился в хвосте построения, чтобы всех держать в поле зрения.
В эфире царила нормальная неразбериха, но судя по отдельным фразам, которые я выхватывал из общего хаоса, все шло нормально. Несколько истребителей серьёзно потрепало и они вышли из боя и пошли домой, двум экипажам из первой эскадрильи серьёзно досталось от зениток, в третьей – ранило одного стрелка.
Тяжелые пули обрушились сверху, вдребезги разлетелись стекла, что-то обожгло мне правую руку, двигатель справа взорвался, а обшивка пошла клочьями! Сзади испуганно закричала Алисия. Я дернул штурвал в сторону, уводя самолет, хотя уже было поздно. Через мгновение мимо нас на большой скорости пронесся «стервятник» и быстро ушел в сторону.
– Командир!!!
Оглядевшись, я все понял. Правого двигателя не было, крыло в клочья, а бензобак в решето, от левого двигателя потянулась белая полоса, короткий взгляд на приборы – падает давление масла.
– Алеф, передаю командование тебе, уводи эскадрилью домой, – спокойно сказал я.
– Командир! Ирвин! – отчаянно закричала Перепёлка.
– Ничего страшного, птичка, – ответил я. – Тебя сколько раз сбивали и ничего. И я выкручусь.
– Горец, я Гнездо! Что случилось? – сквозь шум пробился полковник.
– Все в порядке! Падаю! Передал командование Алефу!
Мой самолет уже хорошо отстал от группы, на половине двигателя и одном крыле сильно не полетаешь. Пошла сильная вибрация, машину стало уводить в сторону, удерживать её в воздухе стало все тяжелее.
– Командир! Сзади! Перепёлка, прикрой…
– Отставить! – рявкнул я. – Всем домой! Это приказ!
– Но!
– Ребята домой! Выкручусь сам!
Оглянувшись, я увидел хищный профиль черного истребителя. «Стервятник» заходил на нас как по учебнику. Он вообще все делал правильно, зашел с большой высоты, резко ударил во время пикирования по крайнему в строю и ушел в сторону.
Раздалась короткая очередь и тихий голос Алисии:
– Готов.
– Молодец, – коротко ответил я.
Крыло загорелось, левый двигатель мог заглохнуть в любой момент, а высоту удерживать уже не получалось.
– Алисия, прыгай. Если мы не сможем встретиться, то постарайся укрыться у местных жителей. Сама не пытайся через линию фронта перейти!
– А ты?
– Не волнуйся, я за тобой. Давай! – крикнул я, видя, что она медлит.
Дальше она действовала молча и быстро. Сдвинула фонарь кабина, отстегнула ремни, выбралась на крыло и прыгнула в сторону. Я не поворачивался, пока не увидел внизу раскрывшийся купол парашюта.
– Молодец…
Теперь надо было подумать о себе. Левый двигатель вспыхнул, пламя быстро разгоралось, надо было прыгать самому, но едва я попробовал отпустить штурвал, как самолет резко повело в сторону.
– Сука! Ну что же ты так, красавица моя… не хочешь сама погибать, меня думаешь с собой забрать… ладно, будем вместе до конца.
