– Это правда! – согласился четвёртый участник игры. Молодой человек в форме поручика лукаво взглянул на товарищей. – Сергей Дмитриевич всегда ставит на победителя, даже когда никто не ожидает победы. Прямо мистика какая-то!
– Вересов, вам везде мерещится мистика! – фыркнул Андрей. – Что касается скачек, это несложно. Если ты разбираешься в лошадях, то предугадать, какая придёт первой, очень просто. Лошади не женщины, они предсказуемы.
– Не соглашусь с вами, Андрей Павлович, – качнул головой князь и улыбнулся. – Предсказать женщин ещё проще, чем лошадей. Дамы делятся на две категории: те, которым что-то нужно от нас, и те, от которых нужно что-то нам.
Мужчины, оценив шутку, громко заржали, а разговор плавно перешёл на обсуждение женщин вообще и актёрок в частности. Достоинства служительниц прекрасных Муз2 горячо волновали благородных кавалеров, и собрание наполнилось сплетнями, чей любовницей та или иная девица является, и какая из актёрок пока не нашла богатого покровителя.
– Последнее время мужскую половину Петербурга волнует мадмуазель Катуш3, – сообщил Белозёрский.
– О, да! Мари очаровательна! – согласился Андрей. – Она истинное украшение французской труппы Михайловского.
– И говорят, пока абсолютно свободна, – хихикнул Вересов и лукаво взглянул на товарищей. – Слышал, граф Новицкий пытается получить благосклонность мадмуазель Катуш.
– Получить благосклонность любой актёрки несложно, – поморщившись, хмыкнул Сергей Дмитриевич. – На это нужно не больше месяца – и любая крепость падёт.
– Не скажите, Сергей Дмитриевич! – возразил Андрей. – Новицкий уже месяца два осаждает данную крепость, а она продолжает удерживать свои позиции.
– Хотите пари? – приподнял бровь Шелестов.
– Готов! – горячо отозвался Томилин.
– Ставка – ваш Буйный, – предложил Серж, и Андрей нахмурился. Конь являлся гордостью Томилина. Во всём полку не было выносливее жеребца. – Боитесь? – усмехнулся князь. – Взамен вашего коня я ставлю свой выезд.
Компания разволновалась: ставки оказались необыкновенно высокими. Шелестов, неспешно потягивая вино, с усмешкой наблюдал за метаниями молодого графа. Серж на самом деле мог просчитать любого и умел играть на людских слабостях, а самой главной человеческой слабостью оставалось желание быстро разбогатеть. Князь знал: своего выезда Томилин в Петербурге не имел, и, разумеется, получить блестящий экипаж с парой гнедых лошадей было исключительно заманчивым предложением. Шелестов ждал недолго: Андрей протянул ладонь, и приятели ударили по рукам.
Буквально на следующий день Сергей Дмитриевич посетил театр, а после представления наведался в гримёрку. Шелестов был абсолютно уверен в себе, и, действительно, крепость, не желавшая сдаваться лысоватому и обрюзгшему пятидесятилетнему Новицкому, уже через неделю пала перед двадцативосьмилетним красавцем-князем, а ещё через пару недель мадмуазель Катуш переселилась на Невский в снятые для неё комнаты.
По прошествии месяца, встретившись с Томилиным, Серж проговорил:
– Ну-с, Андрей Павлович, когда я могу забрать моего Буйного?
Граф насупился.
– Смилуйтесь, Сергей Дмитриевич. Не губите! Он же мне дороже лучшего друга.
– Вы отказываетесь от пари? – недовольно поморщился князь.
– Нет, что вы! – разволновался граф. – Но позвольте расплатиться деньгами. Я готов выкупить Буйного.
– Андрей Павлович, я не для того пари затевал, чтобы от коня затем отказаться.
– Ваше сиятельство! За Буйного я готов заплатить столько, сколько стоит весь ваш выезд, – горячо воскликнул Андрей. – На эти деньги вы закажете себе лучшего жеребца на земле.
Шелестов задумался и, взглянув в умоляющие глаза Томилина, согласился.
– Хорошо. Только где вы найдёте такую сумму? – удивился Серж.
– Найду! Только дайте срок! Хотя бы месяц.
– Ну что ж, как скажите, – пожал плечами князь.
Андрей в запале слово дал, но где взять такие деньги, он не знал. Поместье, конечно, приносило доход, но проживание в столице требовало больших затрат, а особых накоплений у графа не имелось, и, подумав, подпоручик помчался в Рощино, к сестре. Дашенька безумно обрадовалась визиту брата, но одновременно и несказанно удивилась. Обычно Андрей предупреждал о своём приезде, а тут свалился, словно снег на голову. После горячих объятий девушка поспешила проводить его в дом и велела накрывать стол.
