Безрассудные души полностью

Набирая воздух, я понимаю, что почти задыхаюсь, пока жду ответа Гармонии. Ей требуется некоторое время, чтобы подобрать челюсть с пола, но когда она по-прежнему молчит, нервы начинают брать надо мной верх.

– Что, черт возьми, со мной не так? – выпаливаю я, сжимая телефон в другой руке, отчаянно пытаясь перейти прямо к делу и разобраться во всем этом.

– Я не думаю, что ты готова к моему честному ответу, Рея, – бормочет она, откидывая волосы с лица, прежде чем подняться на ноги, что-то поискать и снова упасть на кровать с книгой в руке.

Книга выглядит старой, изношенной и потрепанной, как будто в ней есть ответы на все жизненные вопросы, и ее слишком часто используют из-за содержащихся в нем священных деталей.

Черт, это не может быть чем-то хорошим, если ей нужны справочные материалы, чтобы объяснить, что происходит.

– Ты не вселяешь в меня уверенности, Гарм, – ворчу я, убирая влажные волосы с лица. – Мои глаза скоро станут нормальными или нет? – спрашиваю я, обращаясь скорее к себе, чем к Гармонии.

– Честно говоря, я не уверена, но все, что ты описала, звучит так, будто вы слили свои души или что-то в этом роде, – бормочет она, перелистывая страницы, прежде чем резко остановиться.

– Что это за хрень? Слитые души? Ты упоминала об этом когда-то, но не вдавалась в подробности, – заявляю я, приподнимаясь, чтобы сесть, поскольку беспокойство обжигает мою грудь, и как бы я ни старалась унять боль, она только усиливается.

– Не беспокойся об этом. Этого не может быть, вы предохранялись, а защитный барьер, который создают презервативы, предотвращает это, – тихо говорит она, в то время как все мое тело замирает.

Черт.

Черт. Черт. Черт. Черт. Черт.

Кровь отливает от моего лица, пульс отдается в ушах, пальцы дрожат, а в голове происходит короткое замыкание.

– Здесь написано…

– Гарм…

– Если вы…

– Гарм! – кричу я, на этот раз громче, так что она перестает читать книгу и поднимает на меня взгляд, в ее розовых глазах мелькает замешательство, а я качаю головой. – Он… Я… э-э, он снял его, презерватив, я имею в виду, – бормочу я, наблюдая, как ее глаза расширяются, и она в шоке смотрит на меня, в то время как я пытаюсь не умереть от стыда.

Видимо, я все-таки что-то упустила.

– Тебя что, в Финикс Вэлли не учили безопасному сексу, Рея? – шипит она, ее лицо краснеет, когда Гарм бросает на меня острый взгляд, и я прикрываю глаза свободной рукой, сжимая виски, пытаясь сохранить спокойствие. Несмотря на то, что она пытается помочь, я не нуждаюсь в гребаной лекции об использовании презервативов.

– Учили, Гарм, меня в самом деле учили пользоваться. Но мы были в самом разгаре, и когда он снял его и снова вошел в меня, это было именно то, что мне было нужно. Кроме того, мне пришлось сделать инъекцию ангельской пыли, когда мне было четырнадцать. Это обязательное условие для людей, заставляющее нас не заводить детей вне брака, – добавляю я, закатывая глаза, – еще одно из правил Гекса, которого мы, земляне, должны придерживаться.

– Я думала, это миф, – удивленно отвечает Гармония, и я просто пожимаю плечами, не желая вдаваться в подробности прямо сейчас.

В целях контроля рождаемости, как только женщине в Финикс Вэлли исполняется четырнадцать, каждая девушка должна сделать инъекцию ангельской пыли, которая, по сути, действует как магическая защита от беременности и может быть отменена, если у вас есть свидетельство о браке.

По-моему, это полная чушь, но в такие моменты, как сейчас, я чертовски благодарна этому.

– Не волнуйся об этом прямо сейчас, мы сбиваемся с пути. У меня был секс, Гармония, вот и все. Определенно, не было никакого слияния душ или чего-то подобного. Я бы что-нибудь почувствовала, – заявляю я, поднимая брови, но натянутая улыбка, которую она дарит в ответ, говорит мне, что я не права.

Черт возьми.

– Это такая редкость, Рея. До такой степени, что люди даже отказались от этого перед войной. Все заключали браки по договоренности ради власти и всего такого дерьма, надеясь, что это придаст им сил для роста, но позволь мне внести ясность. Ничто, я подчеркиваю, ничто не сравнится со слитыми душами.

Убежденность в ее словах никак не помогает успокоить мое бешено колотящееся сердце, когда я пытаюсь проглотить ком в горле.

Она меня не слышит. Не может быть.

Это был просто секс.

– Гарм, я думаю, мы слишком глубоко погружаемся в…

– Какого цвета у него были глаза? – спрашивает она, прерывая мои оправдания, мой тон начинает звучать на грани безумия, и я хмурюсь, услышав этот случайный вопрос.

– Они были янтарного оттенка, но в какой-то момент стали почти желтыми, – честно отвечаю я, и она кивает, перелистывая свою книгу, но по тому, как Гармония сквозь ресницы смотрит на телефон, с уверенностью в глазах, я понимаю, что чертовски облажалась.

– Боги, я такая идиотка. Что это все значит для меня, Гармония? – Отчаяние явно вызывает дрожь в моем голосе, она открывает рот, когда начинает говорить, но ее ответ прерывается, когда с другой стороны моей двери раздается стук.