Безумная планета полностью

У ЭТОЙ ИСТОРИИ нет начала в обычном смысле этого слова, потому что у нее, можно сказать, слишком много начал. Можно было бы начать с того момента, когда профессор Денхэм, доктор наук, профессор Массачусетского Технологического Университета и т. д., выделил металл, о котором много лет болтали ученые, понятия не имевшие, как его получить. Или она могла бы начаться с первых экспериментов с этим металлом, когда были получены совершенно невозможные результаты. Или она могла бы очень правдоподобно начаться с беседы между знаменитым главой гангстеров в городе Чикаго и молодым лаборантом в очках, который передал ему тяжелый предмет из чистого золота и, сильно нервничая, объяснил, где он его взял. Также с невозможными результатами, потому что это превратило Джекаро, короля шантажа и бутлегеров в восторженного энтузиаста неевклидовой геометрии. Эта история, как уже сказано, могла бы начаться с этой беседы.

Но это оставляет вне поля зрения Смизерса и особенно Томми Римеса. Так что лучше всего начать рассказ с первого появления Томми.

ОН ОСТАНОВИЛСЯ В облаке пыли, поднятой спортивным автомобилем, и внимательно посмотрел на ворота, закрывающие въезд на частную дорогу. Ворота были внушительные. На самом верху висел знак «ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН». Немного ниже была надпись: «ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ. НАРУШИТЕЛИ БУДУТ ПРЕСЛЕДОВАТЬСЯ ПО СУДУ». На правом столбе ворот было уведомление: «ПРОВОЛОКА ПОД ТОКОМ», а на левом плакат: «ЗА ОГРАДОЙ ЗЛЫЕ СОБАКИ».

Сама ограда была семь футов в высоту и сделана из самых толстых металлических прутьев. Поверху ее была протянута колючая проволока, а ограда тянулась в обе стороны от узкого проезда, пока не исчезала из поля зрения.

Томми вышел из автомобиля и открыл ворота. Они соответствовали описанию, которое ему дал мускулистый рыжеволосый дежурный на заправке в деревне в двух милях отсюда. Томми проехал через ворота, вышел, аккуратно закрыл их, вернулся в автомобиль и поехал дальше.

Он ехал по узкой частной дороге со скоростью сорок пяти миль в час, напевая себе под нос. Таков был Томми Римес. Он не походил на обычного ученого так же, как его мощный спортивный автомобиль не походил на машину, которую предпочитают обычные ученые — и поступал Томми всегда не так, как обычные ученые. Фактически, у большинства людей, с которыми он общался, не закрадывалось ни малейшего подозрения, что он вообще имеет какое-то отношение к науке. Например, Питер Дэйзелл, который начнет в ужасе отмахиваться, если кто ему скажет, что Томми Римес является автором статьи в «Философском журнале» «О массе и инерции тессеракта»[2], вызвавшей такие споры.

И была некая Милдред Холмс — не играющая никакой роли в деле о Катапульте Пятого Измерения, — которая подняла бы изящно изогнутые брови в скучающе-недоверчивой манере, если бы кто-то при ней предположил, что Томми Римес именно тот самый Томми Римес, чьи «Дополнения к механике континуумов Херцлога» произвели такой фурор в научных кругах. Она надеялась рано или поздно заставить Томми сделать ей предложение, поэтому считала, что знает о нем все.

Ведя машину по узкой дороге, Томми слегка сомневался, что поступает правильно. Телеграмма на желтом бланке в его кармане походила, скорее, на розыгрыш, но все же имелась слабая вероятность, что она была важнее пропущенного теннисного матча. В телеграмме было написано:

ПРОФЕССОР ДЕНХЭМ В ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ ОПАСНОСТИ ИЗ-ЗА ЭКСПЕРИМЕНТА ОСНОВАННОГО НА ВАШЕЙ СТАТЬЕ О ДОМИНИРУЮЩИХ КООРДИНАТАХ И ТОЛЬКО ВЫ МОЖЕТЕ ПОМОЧЬ ЕМУ ВО ИМЯ ЧЕЛОВЕЧНОСТИ ПРИЕЗЖАЙТЕ НЕМЕДЛЕННО

Ограда тянулась по обе стороны от дороги. Миля или полторы узкого проезда, огороженного и защищенного от злоумышленников, как только возможно.

Интересно, подумал Томми Римес, а что бы я сделал, если бы навстречу поехал другой автомобиль?