— Мира, тебе не нужно меня бояться, — он не дал ей отвести взгляд. — Посмотри на меня, не отворачивайся. Я не трону тебя…
Не тронет, пока. Пока не будет уверен, что она сама этого хочет.
Это была очень скользкая тема. Мирослава не хотела ее начинать.
— Ты что-то говорил о… — она вернулась к прежнему разговору. — Тот человек…
— Влад, — Северин сразу понял, о ком она, — его зовут Влад, и он не человек. Он такой же, как я. Лугару. Просто живет среди людей.
— Я должна рассказать о нем полиции?
— Ты этого хочешь? — он внимательно на нее посмотрел. — Подумай хорошенько. Какие у тебя доказательства? Он известный адвокат, ведет дела нескольких крупных фирм, не последний человек в своих кругах. Понадобится много времени — свидетели, бесконечные экспертизы и допросы — чтобы доказать его причастность. Тем более… на тебе не осталось его следов. Если я их не ощущаю, значит, ни одна лаборатория не выявит их присутствия.
Его слова били ее наотмашь, как пощечины. Каждое из них звучало как стук молотка, забивавшего гвозди в крышку гроба ее надежды. Но при этом она понимала — он прав. Что она может сказать полицейским? Что ее изнасиловали и незаконно удерживали в каком-то сарае посреди леса? Да она даже не сможет указать, где именно это было! И как она докажет личность насильника? Нужно было подумать об этом еще тогда, когда ее привели в гостиницу. Потребовать телефон, вызвать полицию и настоять на экспертизе. А теперь?.. Теперь у нее нет ничего, что суд воспримет, как прямые доказательства.
— Мира, тебе придется пережить множество неприятных часов, давая показания. Заново все вспоминая и проживая. Находиться с ним в одном помещении. Видеть его, слышать, обонять. И не факт, что он выйдет из сала суда в наручниках. А если и выйдет, поверь, у него хватит денег и связей, чтобы добиться комфортных условий и быстрой амнистии. Ты этого хочешь?
Она сглотнула, чувствуя, как на глаза от бессилия наворачиваются слезы. Нет, она этого не хотела. Но разве есть другой вариант? Мысль о том, что он на свободе и идет за ней попятам, лишала ее последних остатков самообладания.
— Что мне делать? — она умоляюще взглянула на Северина. Он должен знать. У него есть ответ. Он же обещал ее защитить, значит, знает, что нужно делать.
— Тебе — ничего. Он лугару и подчиняется нашим законам.
— И… что говорят ваши законы?
Северин отвел взгляд. Законы стаи не запрещали похищать, насиловать и удерживать человеческих женщин, если те могли принести здоровое потомство. Выживание расы стояло на первом месте, потом уже все остальное. Но Влад совершил насилие против омеги. Пусть она была не инициированной волчицей, пусть никогда не сможет принять звериную форму, но ее кровь давала ей право на выбор. По закону лугару на омегу мог претендовать любой свободный самец. Любой, способный доказать свое превосходство над остальными. И все, что нужно было сделать претендентам — это выиграть в схватке с остальными соперниками.
Обойти этот закон можно было только одним способом. Оплодотворить омегу до того, как появятся другие желающие. Судя по всему, именно этого и добивался Корса. Вот только ему не повезло. Его семя не прижилось, а Мирослава сбежала.
Северин шумно выдохнул и поднялся. Подошел к столу, взял в руки пустую чашку и зачем-то ее повертел, словно его заинтересовал нехитрый узор на ободке.
— Наш закон говорит, что теперь мы с ним враги, — услышала Мирослава его глухой голос. — И он это знает. Он появится снова, я в этом уверен, и когда это случится, — он сжал кулаки с такой силой, что чашка хрустнула и смялась, будто одноразовый стаканчик, — я буду здесь. Я его встречу.
Северин разжал кулак. Осколки упали на пол.
Он ушел. Дал ей время подумать и принять решение. Вот только все равно не сказал всей правды, как и она ему.
Выйдя на улицу, аккуратно прикрыл за собой двери. Ром обнаружился в пяти шагах от домика. Сидел, привалившись к дереву, и жевал травинку. Увидев альфу, вскочил на ноги.
— Есть у меня кое-какая мысль, — сказал Северин задумчивым тоном. — Надо бы ее проверить.
— Это как-то связано с девочкой? — Ром понимающе кивнул на окно, в котором маячил силуэт Мирославы.
— Да. Село Артемовка, Запорожская область. Там живут ее родственники. Бабка с дедом так точно. Надо бы смотаться туда, выяснить, есть ли среди них носитель нашей крови. Только по-тихому, не хочу, чтобы они раньше времени узнали о том, что девочка у нас.
— Если это родственники со стороны отца…
— Тем лучше. Если они окажутся стопроцентными людьми, с ними не возникнет проблем. И еще, нужно выяснить, что случилось с ее родителями. Особенно с матерью. Подозреваю, малышка уклоняется от этой темы не просто так. Скорее всего, именно через мать она получила ген лугару.
— Хотите, чтобы я все разузнал?
— Да. Но не сейчас. Сейчас ты мне нужен здесь. Но постарайся узнать хоть что-то. Интернет, соцсети, телевидение, газеты. В общем, сам знаешь, чего я тебя учу? — он потер затылок. — Что-то неспокойно мне… Как бы с Игорем чего не случилось.
— Да что с ним случится? — Ром пожал плечами.
