Мимо нас проносится какая-то девушка с довольными воплями. Она вприпрыжку врывается в толпу танцующих и растворяется в ней, точно соль в кипяченой воде. Вообще, весь танцпол сейчас больше похож на какое-то жуткое месиво. Мила была бы в восторге. Кстати, надо позвонить ей.
— Мне нравится эта песня, — спокойно говорит Каролина, пожав плечами. Она смотрит на кучу дрыгающих конечностями людей и тихонько подпевает.
А я уже слежу за её губами; за воздушными зефирками, что целовали меня несколько минут назад.
— Ты со всеми так делаешь? — вдруг спрашивает она, прервав мое наблюдение. Веселое настроение уступает место легкой задумчивости. — Без каких-либо сомнений и опасений позволяешь себе делать с девушками то, что вздумается?
— Зачем сомневаться и чего-то опасаться, когда неутомимо тянет к другому человеку?
Кажется, мои слова огорошили её. Каролина часто моргает, потом хмурит бровки и ерзает на стуле.
— К тому же, — добавляю я, демонстративно оглядев весь зал, — здесь не зазорно делать то, чего душе угодно. Видишь того парня в черной шляпе и пальто? — Каролина оборачивается, несколько секунд смотрит на объект моего внимания, а потом кивает мне. — Он называет себя Рафаэлем и женщины от него без ума. Новенькие обходят его стороной, а вот дамы опытные с удовольствием запираются с ним в одной из комнат. — Нарочно замолкаю, неустанно следя за сверкающими глазками напротив меня.
— Во многих ночных клубах сексом занимаются, — отвечает Каролина слегка насмешливым тоном, как будто ничего удивительного не услышала.
— Ну да, — пожимаю я плечами. — Обычно дело. Вот только, по словам нескольких моих знакомых, Рафаэль занимается обучением. Они бы с Леди Бордо сошлись, не уйди она от нас так скоро, — усмехаюсь я. — Он приглашает девушек в комнату, может по одной, а может и по несколько человек, а потом проводит урок.
— И чему учит? — с сомнением интересуется Каролина.
Перевожу глаза в сторону Мэри, что чудным образом оказывается недалеко от нас. Она уже изрядно перебрала, пошатывается и улыбается во все тридцать два. Я зову её к нам.
— Э-э-эй, ребята! — улыбается она, повиснув на моем плече. — Как вы?
— Отлично, Мэри. А ты, гляжу, развлекаешься?
— Как и всегда!
— Это точно. Послушай, а ты когданибудь бывала на уроках Рафаэля?
Мэри косится на меня, потом шлепает ладошкой по плечу и усмехается, как будто я сказал нечто абсурдное.
— Безусловно, я бывала там! И не один раз.
Мы с Каролиной переглядываемся. А потом, как того и следовало ожидать, она приближается к моей собеседнице и с хмельной улыбкой говорит:
— Этот Рафаэль такой классный! Он объясняет девушкам, что и как нужно делать, чтобы мужчине было о-оочень хорошо. Ну, ты ведь понимаешь, о чем я, верно? — хихикает она. — И все это он демонстрирует на себе, а достоинство у него…ого-го!
Трудно понять, Каролина поражена услышанным, или наоборот, заинтригована. Она внимательно слушает Мэри, что надрывает свой голосок, пытаясь перекричать музыку, и то и дело поглядывает на меня, как будто это я и есть тот самый Рафаэль.
— Ладно, я танцевать! — заявляет Мэри, чмокнув Каролину в щеку. — Если вдруг захочешь поразвлечься, Рафаэль — отличный для этого вариант.
Она подмигивает ей и, пританцовывая, уходит в сторону столиков. Каролина поднимает на меня глаза, несколько секунд смотрит в упор, а потом вдруг начинает смеяться, прикрывая рот рукой.
— Это ведь невозможно! Такое только в фильмах бывает! Нет! — смеется она. — Нет, нет, нет!
— Каждый из этих людей делает то, что хочет. Рафаэлю нравится обучать сексу, другим нравится просто секс. Здесь играют в прятки, в «Слабо», знакомятся, целуются, запираются в комнатах и получают удовольствие… Вдвоем, втроем, вчетвером — кому и как угодно. Надевая маску, девушка изображает из себя недотрогу, глупенькую или развратницу. Порой людям совестно делать определенные вещи в реальной жизни. Они опасаются, что их осудят или просто высмеют.
— Все завязано на сексе, — усмехается Каролина, опустив глаза. — Ладно, а какая же странность у тебя?
— Я люблю играть. — Отвечаю просто, без лишних раздумий.
Каролина хмурится, пытаясь понять смысл моих слов, а потом кто-то на танцполе начинает громко верещать, заставив её обернуться. «Ламбада», что звучит из колонок, снова возвращает мои мысли к Миле. Очередная любимая песня моей младшей сестры, приевшаяся настолько, что хочется плюнуть. Часы на руке показывают половину двенадцатого, а зная Милу, которая обожает по субботам устраивать просмотры именно романтических фильмов допоздна, маловероятно, что она сейчас видит десятый сон. Провожу пальцем по сенсорному экрану, намереваясь набрать сестру, но Каролина, с сомнением оглядевшая меня с головы до ног, вновь переключает мое внимание на себя.
— Как именно ты любишь играть? То есть, во что конкретно?
— А ты еще не поняла?
— Хочешь сказать, ты уже начал играть?
Я с улыбкой киваю.
— Со мной? — с явным удивлением спрашивает она. — Ух ты… Надо же…
— Только не говори, что ты поражена.
— Так и есть, я поражена. Пытаюсь понять суть…
— Все очень просто. Можно сказать, лежит на поверхности.
