Хрясь, так и не переставший падать и вставать зомби потерял половину черепной коробки. Хрусь, и недобитый Олтаном мертвяк с алебардой поперек тела получает травму черепа, несовместимую с его псевдожизнью. Раскачав и с великим трудом выдернув из трупа алебарду, я поплелся к Атамилу. Случись такое в моем родном мире, я бы и простому-то трупу башку размозжить не смог, а здесь… как бы самому кукушкой не двинуться. Вдвоем, эльф всю дорогу висел у меня на плече, мы нашли остальных.
Отряд представлял жалкое зрелище. На ногах я и Мирном. Олтан, как выжатый лимон, в отчаянной попытке остановить зомби он истратил весь запас маны и теперь едва мог пошевелиться. Атамил надышался какой-то дрянью из пуза толстого мертвяка, и теперь его было самого не отличить от зомби. Бледно-зеленый, с почти черными кругами под глазами, он уверял, что остановил заражение, но его сил хватает только на сдерживание заболевания. Колин был хуже всех, сквозь бледную кожу отчетливо проступили ниточки вен. Он лежал без сознания, иногда начиная метаться и бредить. Как ни старался эльф, но помочь Колину он был не в силах, в его кровь попала инфекция, и он не мог ее определить, как и свою.
– Надо идти в город, – решительно заявил я.
– Но до деревни… как ее… Горшенино, всего ничего, а до города день идти, не меньше, – прошамкал Олтан, уплетая невесть откуда взятый кусок хлеба.
– В городе лекари и маги, а в деревне что, бабка-повитуха да сельский коновал. Хотя… в деревне сани дадут?
– Вряд ли, – прогудел Мирном.
– Тогда без вариантов. Если это еще и заразно, то в деревню нам точно нельзя.
Неожиданно меня поддержал Атамил.
– Андрей прав, нужно идти в город, только там Колину смогут помочь.
– А сержант? – тихо спросил Олтан.
Лично мне с лихвой хватило этих копченых зомби на улице, и возвращаться в темный подвал за новой порцией адреналина, который разве что по ногам не тек, не очень-то и хотелось.
– Думаешь, он еще жив?
Олтан не ответил, лишь втянул голову в плечи и поежился. Броню и другие вещи Колина пришлось прикопать под деревом. Тащить эту гору железа сил уже не было. Единственное, что взяли с собой, был меч. Мы с гномом соорудили носилки из гартога и алебарды. Я хотел было поесть, но, в отличие от мага, кусок просто не лез в горло. Впрочем, остальные тоже не стали жевать. Напившись эликсирами выносливости из аптечек, мы потащили больного по направлению к тракту. Олтан и Атамил плелись сзади. Маг жевал сырую крупу и сушеное мясо прямо на ходу.
Я решил, что идти по накатанной дороге все же лучше, чем брести по лесу по колено в снегу. Никто не стал возражать. Да и попутку можно было словить, а то и прихватизировать. Мы вроде как на официальном задании, так что именем короля и все такое. Как назло, до темноты ничего подобного не случилось, и пришлось ночевать в чистом поле. Ночью Колин умер.
Тело Колина я на всякий случай связал по рукам и ногам. Атамил уверял меня, что мертвяками так не становятся, плевать, Колину все равно, а мне так спокойнее. В довершение ко всему, остаток ночи я глаз не сомкнул.
На вторые сутки пути нас перехватил отряд лесной стражи примерно в километре от городских стен. Я честно предупредил стражников, что мы можем быть заразны. Никогда не понимал героев фильмов про зомби, которых укусили. Они точно знают, что заражены и умрут, но нет, молчат до последнего, пока не превратятся. Стражники держали нас в полукольце копий, пока не пришла молодая девушка. Она деловито выслушала нас, провела беглый осмотр тела Колина и тоненьким писклявым голоском спросила:
– Вы в состоянии еще немного пронести тело вашего друга?
Я бросил быстрый взгляд на своих приятелей, те дружно кивнули. Надо сказать, Олтан к этому времени едва ковылял, используя алебарду гнома как посох. Атамил выглядел не лучше, к тому же взгляд у него был какой-то потерянный. Мирном хоть и храбрился всю дорогу, и даже порывался нести вещи наших магов, но под конец и двужильный гном сдал. Сам я тоже смертельно вымотался и передвигал ногами уже чисто на автомате.
– Куда нести?
– Здесь не далеко. Чумной дом, вон он. – Девушка указала на комплекс ветхих строений, обнесенных высоким забором.
Под ненавязчивым конвоем солдаты сопроводили нас аккурат до ворот, а вот внутрь проходить стражники наотрез отказались. Девушка кричала на них, угрожала, но те стояли насмерть.
– Тупые солдафоны, – она в негодовании топнула ножкой и попыталась захлопнуть перед ними ворота, но створка от времени покосилась и успела врасти в землю, так что красивого жеста не получилось.
