– Да как ты… – он закашлялся снова. – Трус, – Колин словно плюнул этим словом мне в лицо. Внезапно его перекошенная злобой физиономия скривилась от боли, и наш рыцарь без страха и упрека со стоном повалился в руки друзей.
– Атамил, что с ним?
– Сейчас… я сейчас, – все еще бледно выглядевший эльф нервно зашарил руками по закованному в броню телу Колина.
– Я не знаю… я не знаю… это какой-то яд.
Стоя на коленях перед бьющимся в судорогах телом, Атамил продолжал колдовать. Из его рук исходил мягкий голубоватый свет. Колин напрягся, скрежеща зубами, изо рта пошла пена. Он тихо застонал.
В этот момент сзади послышался тихий шорох. Изя, вертевшийся вокруг меня, яростно зашипел, распахнул пасть и раскрыл капюшон на шее. Заскрежетало, из расщелины, царапая камень черными когтями, выбирался мертвяк.
– Олтан, жги его.
Толстячок не стал переспрашивать и моментально хлопнул в ладоши. Раздался знакомый визг, сверкнул огненный росчерк, и во лбу мертвяка появилось аккуратное круглое отверстие, из которого потекла густая серо-зеленая масса. Новая дырка в голове никак не повлияла на зомби.
– Это че такое? Где стена огня, где фаерболы, ты маг огня или насрали? – взбеленился я.
– Эт… то единственное заклинание, которое я знаю, – пролепетал Олтан.
– Хватайте его за ноги, – закричал я, – живей!
– Но как же лечение, – не унимался эльф.
– Никак, все потом давай, давай, давай, – подстегивал я его, стараясь поудобнее подхватить Колина под руки.
Мирном сообразил первым. Он всучил свою драгоценную алебарду растерявшемуся Олтану и подхватил Колина за ноги. Я взял под руки и, с натугой приподняв безвольное тело парня, потащил его прочь от этого проклятого места.
Зомби, протолкнув своего застрявшего приятеля, поперли теперь сплошным потоком. Два, три, пять, семь. Шесть коричневых, как копченая колбаса, зомби и один жирдяй, закоптившийся лишь по пояс. Из одежды какие-то лохмотья, но у троих в руках мечи, а еще один держал в левой руке как дубину свою собственную отсеченную правую руку.
Не успели мы отбежать и на два десятка шагов, как вся эта гоп-компания вывалилась из подвала на снег. Яркий солнечный свет или открытое пространство дезориентировали их на короткое время, но вскоре они пришли в себя и похромали за нами. Причем двигались они куда бодрее, чем раньше.
Убежать? С раненым, да по снегу, далеко не убежим. Надо драться, но как? Наших киношных зомби останавливала пуля в голову. А здесь? Вон он, с дыркой в голове, идет себе, качается, и с каждым шагом капля его гнилых мозгов выплескивается через эту дырку наружу. Может, железом надежнее? Словно в ответ на мои мысли хлопнула тетива, и в глазнице одного мертвяка появилось древко стрелы с белым оперением. Мертвяк лишь дернул головой, на секунду замер и продолжил движение. Атамил в отчаянии пустил еще три стрелы – эффект нулевой. Олтан с рычанием бросился в атаку. Неумело взмахнув тяжеленной алебардой гнома, он врубил лезвие топорика в ближайшего мертвяка. Тяжелый удар рассек плечо и почти развалил тело зомби пополам. Он рухнул, сминаемый весом, и едва не опрокинул самого Олтана. Лезвие топора заклинило в ребрах и позвоночнике, да и подкопченная плоть мертвяка стала на удивление жесткой.
– Сволочь, – выругался Олтан и, выпустив оружие, отбежал подальше.
Другие мертвяки уже были в опасной близости. Не уйти…
– Уйти! Точно!
Бросив в снег Колина, я лихорадочно принялся заряжать арбалет. Вложил в него цельнометаллический болт с граненым наконечником и тщательно прицелился.
Щелк! Хрясь! Болт пробил коленную чашечку мертвяка, раздробил сустав и едва не оторвал ему ногу. Потеряв опору, и без того неуклюже шагавшая нежить свалилась мордой в сугроб. Ребята радостно завопили. Ага, да только такой болт у меня всего один был. Атамил достал свой посох, а Олтан стал оглядываться в поисках подходящей дубины на замену утраченной алебарды.
– Стоять! Действуем по плану. Мирном, на тебе Колин, потащишь его волоком пока один. Олтан, ты прикрываешь и отвлекаешь, если кто зайдет к нам в спину. Я и Атамил по одному выводим мертвяков из строя.
Парни кивнули.
– Изя! – Быстрый взгляд глаза в глаза. Дряку было страшно, он не понимал и боялся оживших мертвецов.
– Не боись – прорвемся. Держись от них подальше и присмотри за железным дровосеком.
Больше я ничего не успел придумать. До ближайшего из мертвяков осталось шагов пять.
– Начали!
