— Выходит, я всё же могу обходиться без самцов? — бледное и заплаканное лицо её взмыло с искусанного вовсе не от любовной страсти плеча. — Или это только рядом с тобой? Кто ты такой, Хэнк Сосновски?
И острый кулачок её с неожиданной силой въехал под рёбра парня.
— Человек. Мужчина, — подумав, сообщил тот.
Как ни странно, девицу этот ответ устроил. Да и похоже, очередной приступ как-её-там-фобии на время миновал — она даже размазала по щекам слёзы и опёрлась подбородком на положенную поперёк широкой груди парня руку.
— Рассказывай подробно, Малыш — что там придумал тот обкуренный Христосик.
Сначала Хэнк удивился столь необычному прозвищу. А ведь, верно — и чертовски метко. Правду, выходит, говорили древние, что у женщин мозги хоть и вовсе не легонько набекрень, но иногда выдают такое, что нормальному человеку и в голову не придёт… и он шёпотом принялся рассказывать.
Ладонь его поглаживала Переборку по плечам и намного ниже — однако не было в его прикосновениях ни капли грубой животной страсти, в которой так остро нуждалась и которую в то же время так жёстко ненавидела взбалмошная девица.
— Переделать движки на прямоток и фугануть в них ядерный электролит не проблема, — Переборка задумчиво потёрла заострившийся нос. — Тут другое…
В принципе, Хэнк и сам помнил из курса истории космонавтики, какими пагубными иной раз оказывались первые шаги человечества к далёким и уже почти доступным звёздам. Если нынешние гипер-приводы можно было сравнить с изящным проколом из точки А в точку Бэ, то тогдашние методы… парень едва не передёрнулся от омерзения. Грубое раздирание пространства напрямик мало того, что жрало топливо в астрономических количествах — но ещё и оставляло за собой длинную, десятилетиями не рассасывающуюся полосу из изодранного и перемешанного пространства-времени-вероятности. И попадать в постепенно расширяющийся подобно хвосту кометы след категорически не рекомендовалось ни кораблю, ни тем более целой планете.
Иные районы прилегающего к Солнечной системе космоса и поныне закрыты для навигации…
— Вот и реши для себя, Переборка — стоит ли спасение
Девица посовалась, укладываясь поудобнее худышечным телом, и вздохнула.
— Ты теперь капитан, Малыш — решай.
Хэнк вздохнул и легонько чмокнул ту в ещё мокрый от слёз нос.
— Я для себя уже всё решил — однако здесь такой случай, что нужно выслушать и твоё мнение.
Переборка долго молчала, и лишь её прерывистое дыхание периодически холодило губы задумавшегося парня.
— Если здесь действительно замешаны леггеры… мне страшно, Малыш. Нет, ты мужчина — и привилегию принимать решения у тебя никто не отнимет.
Да, подобные слова стоят иных других — но куда интереснее было то, о чём девчонка умолчала, но что было прекрасно понято внимательно выслушавшим её Хэнком. Что ж, это действительно страшно — однако именно в этом и кроется наш крохотный шанс!
— Хорошо. Я принимаю решение прорываться напрямую, грубо. Сколько тебе надо времени, чтобы переделать двигатели на прямоток? Желательно быстро… хотя я и не верю, что тот крейсер вернётся. Да вот только, в медотсеке расходные материалы не бесконечны.
От одной только мысли, что совсем рядом лежат впавшие в кому товарищи, а ты не можешь им ничем помочь, хотелось взвыть по-волчьи да вцепиться всей зубастой пастью в чьё-нибудь горло. Однако Переборка облизнула так и не отведавшие сладости поцелуя губы и принялась прямо на широкой груди Хэнка чертить пальцем схему, поясняя не столько парню, сколько самой себе нужные действия.
Шарообразные танки с ядерным электролитом оказались как раз напротив сердца. Ждущие адской смеси топливные насосы и реактор — где-то в районе печени. Переборка проводила линии, поясняя и прикидывая задумчивым шёпотом. Однако, до поры скрывающие в себе титаническую мощь двигатели обнаружились, как слишком поздно спохватился Хэнк, ниже пупка… то есть, весьма интересно ниже.
— А двигатель таки работает… — с хихиканьем объявила Переборка. И глаза её шаловливо блеснули, когда ладонь потеребила… гм-м — ну, вы поняли. — Только, давай повременим? Если я действительно могу обходиться без этого — пусть даже только рядом с тобой — выходит, ты, Малыш, ещё и доктор! Жаропонижающее и транквиллизатор с андидепрессантом в одной упаковке…
В общем, если отвлечься от чуть было не принявших совсем иное направление мыслей, работы предполагалось на пару суток — Переборке в основном в машинном отделении, а Хэнку снаружи печально замершего корабля — протянуть спаренную магистраль к грузовым танкам с жидкостью да подключить к тамошним клапанам. И на совесть укутать всё толстым слоем корабельной изоляции — температуру почти абсолютного нуля плохо переносит даже такая редкостная дрянь, как сверхтекучий ядерный электролит. Но в ручном режиме эта схема вроде должна работать…
— А ночью я всё-таки буду здесь, — жёсткий как отвёртка палец Переборки ткнул в плечо Хэнка. — И ты поможешь мне бороться с моими демонами.
