Хэнк в удивлении приподнялся на локте и навис над испуганно съёжившейся в ожидании пи*дюлей Переборкой. Долго всматривался в блестящие глаза девчонки, в которых изумрудными огоньками отсвечивали настенные корабельные часы-табло.
— На самом деле, ты именно тогда всё для себя решила, — он легонько коснулся кончиком носа её, почесал нежно, и ухмыльнулся. — Ищи пробку, злыдня…
А наутро всё оказалось как прежде. Один только раз Переборка искоса зыркнула настороженным взглядом. Однако, напоровшись на непроницаемую и всё же какую-то нежную улыбку, сразу смешалась. И слава богу, что самое время было мотать в душевую, иначе кое-кто мог бы рассмотреть слегка порозовевшие щёки.
Чёрт, чёрт, чёрт!..
Хэнк как раз придерживал экран и ломал голову, куда бы сплавить оставшиеся в головном отсеке и нахрен никому не нужные две скорострельные лазерные пушки, когда его внимание привлёк заморгавший индикатор на панели, а компьютер сексапильным голосом Переборки (ох, сколько ж они намаялись с настройкой, до коликов в животах от хохота) вежливо пригласил офицера связи к пульту.
— По одному только отсутствию матюгов можно отличить от меня, — Переборка завернула последнюю гайку на энергопроводе и пихнула плечом Хэнка, помогавшего ей ворочать тяжёлые экранирующие плиты. — Вали отседова — слышишь же, как эта тёлка нетраханная внимания просит.
Это оказался шкипер, то бишь, капитан Эрик собственной персоной. Однако вид его обнаружился настолько пришибленным и торжественным одновременно, что парень сначала насторожился в нехорошем предчувствии. Но когда капитан на полном серьёзе снова подтвердил что да, всем четверым надлежит отправиться на лечение ни много ни мало, как в таинственный и до сих пор малоизученный человечеством сектор космоса, где хозяйничали леггеры, Хэнк по малодушию всё равно ущипнул себя за бок.
— Послушай, Малыш, — шкипер уже нахмурил свои примечательные гномьи брови — а это был вернейший признак падения барометра, а там и бури на дурные головы экипажа. — Уже пора бы и понять, какими вещами я могу шутить, а какими нет.
Хэнк призадумался. В принципе, тактический компьютер мог бы предсказать, какие мысли бродили, ползали и летали в его голове — для такого он был достаточно быстр. Но вот соображалова и хитрости позитронной железяке как раз бы и не достало. Ведь с одной стороны, Переборка клялась, что ещё сутки, и с управлением реакторно-ходовым блоком всё будет тип-топ. А с другой, в жилом и командном отсеках работы оставалось непочатый край, конь не валялся и вообще дохренища.
— Когда и куда надо прибыть? — выслушав ответ, Хэнк Сосновски подобрался.
Ибо шкипер скороговоркой, по памяти выдал ему наверняка только мельком увиденный маршрут с промежуточными точками, реперными маяками и створами, кодами пропусков и прочей, по глубокому убеждению парня, хернёй.
Он прикинул по карте, услужливо предоставленной компьютером корвета, и вздохнул.
— Мы будем там в нужное время — но пойдём своим ходом, напрямик.
Шкипер хотел было по привычке почесать свою бороду, но затем только с отвращением сплюнул в сторонку.
— Без сопровождения и официальных пропусков? Пограничные и внутрисистемные патрули у длинноногих получше наших будут, Малыш.
Пожатие плеч и презрительное фырканье Хэнка послужили лучшим подтверждением того, с каким наплевательством тот отнёсся к заслуживающим куда более осторожного отношения словам.
— Сначала нас найти надо, а потом ещё и умудриться догнать, кэп. Разве я плохой тягач тебе предложил бы? Обижаешь, шкипер.
Судя по сомневающейся физиономии ещё изрядно бледного от хворей капитана, у того с превеликим трудом укладывалась в голове мысль, что какой-то рабочий муравей торгового флота людей может тягаться с прославленными крейсерами леггеров, заставившими уважать себя даже линкоры других рас. Но всё же, через несколько секунд взгляд капитана сместился куда-то в сторону от объектива и блеснул сталью.
— Да мать его итить, в конце-то концов! Предлагаю пари: Хэнк Сосновски, прошедший полный курс обучения в Звёздной Академии и стажировку у меня, сможет натянуть нос погранцам леггеров и их патрулям.
Если кто-то и не сопоставил тот факт, что изображение чуть дрогнуло и покачнулось, и не предположил, что среди оставшихся за кадром дипломатов и сотрудников
— Машинное отделение, ситуация Шторм! Чеши в рубку полным ходом, Переборка! — рявкнул он в переговорник, едва шкипер попрощался и экран связи погас.
Переборка примчалась как угорелая — с неизменным гаечным ключом в руках и столь же привычными матюгами в зубах. Однако выслушав и узнав, в чём дело, неожиданно расплакалась.
Вот и пойми этих женщин…
