В конце концов все эти умники во главе с Джудом противоречат сами себе. Они надрывались от возмущения; мол, со всеми произошло несчастье, со всей Землей! Нечего, мол, ныть о себе и строить из себя одиночку, когда умирает вся планета! Но если это так. если все ближайшие поколения будут жить так же, как и они, не жить даже, а каждую секунду бороться за существование, будто вчера только от обезьяны произошли, если это гак, кому, к чертям, нужна их философия братства и нового общества? Чем в таком случае Джуд отличается от презираемого им старикашки Ли? А чем их новое общество будет отличаться от того, которое только несколько лет назад уничтожило себя? Нет, с меня хватит! Вы слышали, господа, о теории Чарльза Дарвина и о естественном отборе? Выживает тот, кто приспособился к существующим условиям. Вот что там сказано. А о том, что легче гуртом, скопом, там ничего не сказано.
Движение — жизнь. Вот и вся философия!..
Макс поймал себя на мысли, что оправдывается. Он словно убеждал сам себя, что поступает совершенно правильно.
А суть была в том, что на самом деле он начал сомневаться в этом с некоторых пор. А если точнее, то сомневаться он начал с тех самых пор, как на его пути повстречался Том-Авиатор. Именно тогда Макс впервые за восемь лет задумался о смысле своего движения. И в тот момент, когда он задумался об этом, его спокойная уверенность в собственных силах дала порядочную трещину, которая с тех пор лишь увеличивалась…
Пропади они все пропадом!
Макс остановил «истребитель» и, достав карточку, оставшуюся от Кота, взглянул на нес. Вот с нее-то все, и началось, подумал Макс.
Он еще не осознал в полной мере, что было причиной таких изменений в нем. Достав карточку из «монополии», Макс потянул за верную ниточку в клубке его чувств, ио пока только лишь смутно догадывался, не находя нужных объяснений.
Макс Рокатински, бывший полицейский Кэтрин-спрингской дорожной полиции, потерял все, что наполняло его жизнь перед самым Ударом, перед самой кончиной цивилизации. Его душа умерла раньше, чем окружавшая его привычная действительность. Поэтому все, что в нем еще оставалось и было запрятано под семью замками в глубине его выжженного сердца, все было связано с прошлым. Все произошедшие на Земле с тех пор катастрофы абсолютно никак не затронули Макса. Эта была уже другая действительность, в которую он вошел автоматически, как маленькая беспилотная станция на Луну. И все, что было в этой действительности, не трогало его. Он шатался по новой Австралии, как эта лунная станция по поверхности Луны, и этой станции глубоко наплевать, Море Спокойствия она пересекает или Море Радости…
Но вот неожиданно Макс встретил людей из той, прошлой реальности, почти забытой. Воспоминания настойчиво, хотя и слабо, вставали перед ним, душа незаметно оживала. Однако панцирь безразлична и спокойствия был еще слишком прочен, чтобы быстро разрушиться.
Эти люди — Джуд. Том, Банни… Они в сущности никогда не были близки Максу, но они были последними и, по всей видимости, единственными оставшимися из прошлой жизни людьми, которых Макс знал и мог бы считать «своими», а подобные вещи имеют свойство очень сильно действовать на человека…
Быть может, сын Макса, пропавший без вести, оставил в душе его какую-то возможность вернуться назад, которая только ждала удобного случая. Кто знает?
Макс еще не осознал всего этого. Он только остановился и взглянул на карточку, но у него пока что не было ни сил, ни времени разбить панцирь Одинокого Воина Дороги, надетый на него новой действительностью.
Пока Макс предавался созерцанию детской карточки и размышлениям, сзади показалось несколько машин мотобанды. Когда наконец до ушей Макса долетел шум их двигателей, он резко обернулся, выругался, раздосадованный своей задержкой, и резко рванул «истребитель» с места, желая побыстрее оторваться от преследователей.
Дорога ровно тянулась по чахлой равнине, «истребитель» шел мощно, радуясь хорошему бензину, но преследователи не отставали от Макса. Похоже, опять придется воевать с ними, подумал Макс. Господи, как они ему надоели!
Впереди скоро должны были появиться развалины Сент-Джорджа, если Макс не ошибался. Там он сможет запутать следы и уйти от них. Главное — оторваться как можно дальше.
Сидящие в двух автороллерах и одном чудовищном багги, похожем на доисторического монстра, видимо не сомневались в успехе своей погони. Они держали наготове оружие, но пока не стреляли. Удивившись их самонадеянности, Макс проверил на всякий случай свой боезапас и на что можно с ним рассчитывать. Но вот впереди показались останки Сент-Джорджа, и он весь переключился на дорогу.
Неожиданно сверху донесся рокочущий гул авиационного мотора. Макс выглянул из машины и увидел появившийся в небе биплан Тома. Самолет летел достаточно низко и направлялся в сторону ущелья. Макс усмехнулся.
Люди никогда не прислушиваются к советам, подумал он, но большого раздражения по этому поводу не испытал.
