— Нет, этого быть не может, — сказал он, ощупывая лицо руками. — Я же вижу в инфракрасном. И в рентгене. и лазеры работают. — он повернулся и скосил лучом ещё несколько травинок, после чего озадаченно умолк.
Да, оба лазерных луча остались при нём. Но что-то изменилось. Он не чувствовал прохождения импульса по схемам, выплеска энергии через конденсаторы. Лучи возникали из ничего.
Он попытался покрутить зрение туда-сюда. Картинки послушно менялись — тоже без усилий по настройке-отстройке, сами. Под конец кот залез в область метровых волн и выше, где его зрение отказывало в принципе. Нет, сейчас всё работало даже на трёхстах мегагерцах. Правда, картина мира в этом диапазоне показалась коту странной и пугающей, так что он с удовольствием вернулся в оптику.
— Интересно, — сказал он. — А у тебя как?
— Ну как сказать. — замялась Алиса. — Да вроде бы ничего такого. Ничего не болит. и это самое. тоже вроде не беспокоит. — лиса совсем смутилась.
На этот раз кот понял про «это самое». И тут же постарался сделать вид, что не понимает. Он даже отвёл взгляд — и увидел наконец своё левое плечо. Там, где была серая полоска, теперь не было ничего, только бархатная чернота.
Несколько миновений он недоумевал. Потом вспомнил, что полоски — фирменные полицейские — ему нарисовали во время ребилдинга, когда ставили камеры и батареи.
Тут же в голову плеснула, как кипятком, очень плохая мысль. Настолько плохая, что Баз не мог терпеть ни секунды: он должен был удостовериться прямо сейчас, немедленно.
Кот в панике отвернулся от лисы и быстро-быстро ощупал себя. Всё оказалось на месте. Базилио с шумом выдохнул: оказывается, у него дыханье спёрло.
Обернувшись, он заметил, что Алиса тоже отвернулась и что-то трогает у себя в паху. Потом она повернулась. Выражение лица её было очень странным.
— Й-извини, — пробормотала она. — У меня, кажется, там… внутри.
— Что?! — у кота вздыбилась шерсть. Самые ужасные анатомические подробности представились ему — и все они лишали его надежд на счастье в личной жизни.
— Да ничего страшного, не беспокойся, — лиса, кажется, что-то поняла. — Просто странно. Я о таком только в книжках читала.
От таких слов кот отнюдь не успокоился, а скорее наоборот.
— Что? У тебя? Там? — спросил он, выделяя каждое слово.
— Похоже, что гимен, — несколько растерянно сказала лиса. — Ну, плёночка такая. В общем, я. это. как же это называется. девушка. Ты не бойся, это до первого раза.
— Совсем ничего не понял, — пробурчал кот.
— Я тоже ничего не понимаю, — вздохнула лиса. — Да, и тайника тоже нет.
— Жаль, — искренне сказал кот.
— Да чего уж теперь-то. Похоже на стопроцентный ребилдинг. То есть наши тела сделаны заново.
— То есть это не наши тела? — насторожился кот.
— А чьи же? — наивно спросила Алиса.
— Гм, — кот задумчиво почесал баки, которые показались ему непривычно густыми. — В самом деле, чьи же. А как же мозг? Сознание?
— Не знаю, — подумав, сказала лиса. — Значит, кто-то так может.
— В таком случае нам нужно идти, — решительно сказал Базилио. — Нам нужна еда и ночлег. Для начала.
— Нам туда? — спросила Алиса.
Баз хотел выругаться, но сначала посмотрел, куда повёрнут лисий нос. И увидел грунтовую дорогу, рассекающую зелёный склон. Странно, раньше он её не замечал. Зато ощущение близости воды пропало.
— Туда, — подтвердил Базилио.
Дорога оказалась недлинной. Она огибала холм, и взгляду открывалась небольшая поросшая деревьями долина. Среди зелени виднелись островерхие черепичные крыши.
— Ты подождёшь? — нервно спросил кот. — Мы не знаем, кто там живёт, кто тут авторитет, мало ли что… — зачастил он, ожидая возражений.
— Я поняла. Иди. Я тут посижу, устала я что-то, — Алиса показала на кусты, усыпанные мелкими жёлтыми цветами.
Вздохнув с облегчением, Базилио направился в сторону обжитой долины.
Первой местной жительницей, встреченной им, оказалась корова — четвероногая, с вислым выменем. Она тихо паслась при дороге, лениво переставляя тонкие ноги. Кот спросил у неё, как называется деревня. Та посмотрела на него мутным взглядом, мотнула головой и замычала. Говорить она, по-видимому, не умела. Баз немного удивился: он привык, что молочные породы, в отличие от мясных, что-то соображают.
Деревня казалась неухоженной, чтобы не сказать заброшенной. Дома, когда-то добротные, обветшали, садики заросли бурьяном. На кривых улочках никого не было. Базу встретилась только старая кошка, толкающая тележку с навозом. При попытке заговорить она зашипела и быстро скрылась.
Баз шёл вдоль забора, когда услышал скрип. Обернувшись, он увидел сквозь штакетник аккуратный дворик, качели и на них маленькую обезьянку в красных башмачках и с бантиком на хвосте. Кот подумал, что у обезьянки есть родители. И они уж, верно, достаточно смышлёные, чтобы объяснить, что к чему.
Ожидания не обманули. Через пять минут Базилио уже сидел в доме за столом и чинно беседовал с его хозяином, высоким худым шимпом.
