Именно в это время он начал готовить почву для своего окончательного исчезновения с глаз советских товарищей. В семье набожного саудовского бизнесмена Мохаммада бен Авада бен Ладена «родился» сын Усама, который через некоторое время станет очередной ипостасью новоявленного скрытого имама. Учитывая, что «отец» Усамы за свою жизнь ухитрился породить ещё 53 официальных отпрысков от 22 жён (и неопределённое количество неучтённых), устроить путаницу с документами и отыгрывать, до известного периода, роль ребёнка силами других детей не было сколько-нибудь сложной задачей. Собственно говоря, детей никто и не ставил в известность об исполняемой ими роли — просто многие из них традиционно имели по несколько имён и это позволяло двум-трём взрослым членам семьи, которые были в курсе происходящего, своевременно менять бумаги и должным образом дезинформировать окружающих.
В 1977 году уже после смерти подставного отца нестареющий (и доказывающий тем самым свою претензию) скрытый имам занял своё место в семье бен Ладенов, а Алахауддин Дауд исчез в неизвестности. Раньше, чем его местоположение было достоверно установлено сотрудниками ПГУ КГБ при СМ СССР, откопавшими сведения о нём в своих картотеках и решившими было вернуть его в строй в связи с резко возросшей активностью СССР в регионе.
Дальнейшая биография Усамы более-менее известна. Растеряв остатки симпатий к бывшим соратникам, он без особых колебаний сыграл на противоположной стороне.
Проблемы — и финансовые, и биологические, настигли его уже после поражения Советского Союза.
С одной стороны, резкое прекращение финансирования со стороны ЦРУ вынудило его пытаться создать собственную финансовую и силовую базу, необходимые не только для сохранения собственного социального статуса, но и для прямого шантажа бывших партнёров по антисоветскому альянсу.
С другой — и это было главным, Усама почувствовал, что действие векторов, введённых ему ещё Богдановым, постепенно ослабевает. Часы жизни щёлкнули и пошли вперёд. Уже вкусившего пару капель бессмертия пока ещё человека это категорически не устраивало.
Впрочем, о такой возможности он начал задумываться достаточно давно и, ещё находясь в Пакистане, начал активные поиски выхода на технологию.
Усаме была известна фамилия Преображенского, но следы его терялись. В 1945 году профессор бесследно исчез из советской зоны оккупации Австрии, куда он дошёл вместе с полевым госпиталем, действовавшим в составе частей 46-й армии 2-го Украинского фронта.
Несмотря на активные исследования по библиографическим источникам, Усаме и нанятым им специалистам не удалось найти достоверных и публичных сведений о том, что Преображенский перебежал на сторону союзников. Но пересмотревший свои взгляды на жизнь разведчик не сдался. Он вспомнил былые навыки испанского периода жизни и начал анализировать научную и техническую прессу.
Первые результаты выглядели разочаровывающе.
Усама обнаружил, что идеи Преображенского (и Богданова) не получили особенного продолжения. Они вообще никак не сопрягались, даже намёками, с мейнстримом тогдашней генетики. Нет, безусловно, кое-что вычислить можно было по капле воды, если не Океан, так хотя бы небольшое озеро можно было увидеть.
Так, Трофиму Денисовичу Лысенко Усама поставил вполне определённый диагноз: владел (поверхностно) теорией изготовления векторов, которую узнал не вполне понятно от кого, но не умел воссоздать аппаратуру, которую взял неведомо где. После выработки ресурса автоклава перепрошивки Лысенко оказался «безоружным», прекратил давать эффективные результаты и был сожран своими коллегами-учёными.
Но в западной прессе не было видно никаких следов. Такое ощущение, что эффективное, плодотворное направление исследований было напрочь похоронено ради каких-то абстрактных «ДНК».
Усама, однако, не отчаивался и не собирался прекращать поиски. Не пройдя вглубь, он пошёл вширь и начал исследовать смежные научные тематики.
Уже к концу 1970-х он отчётливо лоцировал в информационном пространстве деятельность так называемой группы «Foundation», неформальной группы американских учёных и гуманитариев, пытавшихся наметить контуры психологической войны против СССР, обнаружил доказательства существования в составе британского оборонного ведомства спецгруппы, изучавшей феномен НЛО, узнал много нового об исследованиях психотропных веществ и пограничных состояний сознания, проводившихся американскими спецслужбами, едва не вляпался в самозванных тамплиеров и, сразу после этого, познакомился с Братьями и довольно быстро стал одним из них, не получив, однако, в Досточтимой Ложе высокого градуса. Градус соответствовал текущему социальному статусу, а светить перед Братьями свой реальный возраст и положение среди исмаилитов потерявший на шестом десятке лет всякие иллюзии относительно отдельных людей и человечества в целом бывший агент не имел ни малейшего желания.
