И когда Аввадай зашел в сад, чтобы прогуляться, шел он привычным путем в направлении солнца. И услышали Эдаб и жена его голоса Аввадая и укрылись от него среди деревьев сада. Не бежал Эдаб радостно на встречу Аввадаю, и воскликнул тот: Эдаб, где ты?
И сказал Эдаб: голос твой услышал я в саду и устрашился, ибо наг я, и укрылся от взгляда твоего. И спросил Аввадай: кто поведал тебе, что наг ты? Не глядел ли ты за край, когда велел я тебе не заглядывать туда?
– Я подошел к краю и увидел, как одетые люди смеются над нагими.
– Что заставило тебя подойти к краю.
– Я вкусил плода Кишкану и пробудилось любопытство и дерзость во мне.
– Зачем ты ослушался меня.
– Жена, что ты дал мне, она позвала и дала плод дерева.
– Зачем ты это сделала, – спросил Аввадай ее.
– Лилу, что живет во мне, позвала меня. Ибо ценит муж покорность, а сам желает страсти и необузданной силы.
Разгневался Аввадай, и сказал Эдабу: за то, что ты ослушался меня, за то, что преступил завет мой, проклят ты ныне, будешь жить среди невозделанной земли, и будешь в поте лица добывать свой хлеб, до тех пор, пока в землю не вернешься, в труде будешь возделывать землю, но произрастить она тебе шип и репей. И сказал Аввадай жене Эдаба: за то что ослушалась меня и соблазнила Эдаба, и он подчинился тебе, отныне прокляты будут все Лилу, и не пробудятся в женах. И будешь на долгие годы ты подчиняться ему, и безропотно служить ему, и в муках рожать детей ему. И принес им одежды кожаные, и выдворил из сада. И заклял два четырехкрылых ангела-быка сторожить от них врата в сад. И еще таких же – врата в город.
И ушли новые люди далеко от тех мест, где жили боги, ибо изгнали их. И напоследок их благословил Аввадай. Возделывайте землю, и плодитесь и размножайтесь, ибо вы наследуете землю. Аввадай знал – ослушались они его. Но это даже хорошо. Все равно вдали от падших богов, они расплодятся и дадут начало новому человечеству.
Не ожидал Шамелай, что прогонит дочь его и сына своего Аввадай. Не удалось ему завладеть властью через этот брак. Но в одном Шамелай был прав. Ни к чему человеку жить взаперти, сколько не укрывай его от невзгод, не минуют и они его. А узнав невзгоды, человек станет только сильнее, мудрее и действительно заслужит право быть достойным жить.
– Странный текст, – думала Флорентина. – Он не похож на те гимны и сказания, что она слышала ранее. То ли расшифровка, то ли переклад на новый лад подлинника. Она поняла, что Книга Балаама – копия, с дополнениями и трактовками старых знаний.
А поезд уже домчался до Умертвиева, медленно въехал на станцию. Некоторое время стояли. Новые люди стали заходить и рассаживаться, Флорентина убрала книгу.
За окном показался паровоз. Дымя и фыркая паром он подвез еще один состав.
Вскоре тронулись, долго ехали по путям, среди вагонов и путевых машин, затем остановились, поменяли направление и снова прибыли на станцию.
– Стыкуют, – произнес Эдмонд.
– Слишком много стоим, – прошептала Флора. – Как бы не помешали нам.
Эдмонд согласился с ее опасениями, а поезд тронулся. Пока у них не было другого выбора. Флора не рискнула теперь читать книгу и лишь безучастно смотрела на проносящиеся за окном пейзажи.
– Тихо, не смотри назад, – шепнул Эдмонд и взял Флору за руку.
Сам он смотрел на отражения в стекле. С той стороны вагона по коридору медленно шла знакомая им женщина. Она иногда останавливалась, что-то спрашивала у попутчиков. Группа молодых людей тоже обратила на нее внимание, и, волнуясь встали и направились в сторону противоположного тамбура.
– Скорее – шепнул Эдмонд, и увлек Флору в ближайшей тамбур, а затем в следующий. Под прикрытием безбилетников, убегающих от, как они думали, контролера, покинули салон и наши герои. К счастью, поезд сделал остановку, Флора и Эд спешно вышли и спрятались за небольшим строением. Благо, стоянка оказалась совсем короткой, и поезд умчался прочь. Вместе с Охотницей.
– Так мы ее провели! – засмеялась Флора.
– Надеюсь, она нас не заметила. Пусть продолжает искать по вагону, может быть, поезд увезет ее подальше от нас.
Станция была старая: полуразрушенные строения манили величественным великолепием. По помосткам они перебрались на другую сторону, за здание вокзала. В этом небольшом городе даже ходили трамвайчики, как в Хувале, а далее начинался лесопарк.
Туда они и направились.
Парк казался мрачным, на верхушках гарковали вороны. Но собраться в чучело они не спешили, стало быть, пока беда прошла мимо стороной.
– Деньги у нас заканчиваются, – недовольно хмыкнула Флора, пересчитывая монеты.
– Ты обратилась по адресу, – произнес Эдмонд. – Нищий на паперти всегда знает, где достать средства на пропитание и прочие нужды.
И улыбнулся.
Вдали слышался шум веселья. Приближался календарный Йултад (он расходился с астрологическим на две недели), и в парке люди развлекались на аттракционах и смотрели представления заезжих артистов. Нищая детвора резвилась рядом, в поисках у кого бы спереть кошелек. Или выклянчить милостыню. Или почистить ботинки. Все зависело от того, насколько честным был тот или иной беспризорник.