В то утро было относительно легко найти Дэнни, поскольку его перемещения в точности совпадали с маршрутом, который он заранее предоставил Даремской констебулярии на случай, если им понадобится найти его, когда они узнают новости о местонахождении Мишель. Самым сложным было оставаться внимательным и в боевой готовности, пока тот покрывал милю за милей по автостраде, а они следовали за ним на осторожном расстоянии. Винсент и Брэдшоу ехали следом за ним всю дорогу до Каннока в Уэст Мидлендсе, где Дэнни разгрузил партию консервов, а затем проследовали за ним обратно на трассу А1.
― Что именно ты надеешься найти? ― спросил Винсент, уже не в первый раз.
― Я же сказал тебе, ― напомнил ему Брэдшоу, ― я не знаю. Что-то, что угодно, потому что с этим парнем что-то не так. Говорю тебе. Винсент, этот мужчина что-то скрывает. Я просто знаю это.
― И я собираюсь узнать что, ― добавил он, когда его напарник не проявил энтузиазма.
***
Они шли почти час вдоль берега реки и говорили о Мэри Кольер и Шоне Доннеллане. Затем, когда по этому поводу больше нечего стало сказать, они перевели свое внимание на исчезновение Мишель Саммерс, но и здесь снова вернулись на изведанные территории.
Хелен поменяла тему.
― У тебя здесь все еще есть семья?
― Только сестра, ― ответил он. ― Она замужем, живет в Нью-Кастле, у нее две милые маленькие девочки.
― Ты дядя?
― Кажется, ты удивлена. Я поеду и навещу их, когда это все закончится. Остальные умерли: бабушка, отец.
― Ты скучаешь по отцу?
― Мы никогда, на самом-то деле, не ладили. Часто спорили.
― Из-за чего?
― Из-за всего, но забастовка шахтеров, действительно, стала камнем преткновения между нами.
― Ты с ней был не согласен?
― Дело не в этом. Я просто думал, что она была провальной и бесконтрольной. Он видел все иначе или, по крайней мере, хотел так видеть.
К счастью, они вернулись к дому Мэри Кольер, но темно-бордовый «Ровер» все еще был припаркован снаружи.
― Ну, она никуда не денется, ― сказал он. ― Пошли сходим перекусим в «Грейхаунд».
― Разве это мудро?
― Пошел он, этот Фрэнки Тернер, ― сказал он ей. ― Если он войдет, я разукрашу его бильярдным кием.
Ей осталось лишь гадать, шутит он или нет.
***
― Во что он играет? ― спросил Винсент, пока наблюдал за грузовиком, весом семь с половиной тонн. ― Он здесь уже больше часа и даже не выходил из кабины.
― Может, он спит там? ― предположил Брэдшоу.
Грузовик Дэнни был припаркован в углу большого грубого клочка грязной обезображенной земли, который служил автомобильной парковкой. Стоянка грузовиков находилась в нескольких милях к югу от Уэзерби. Они вплотную подъехали на своей машине без опознавательных знаков позади большого грузовика с немецкими номерами, оставив лишь достаточно места, чтобы вести наблюдение за кабиной Дэнни и входной дверью кафе, но отчим Мишель не выходил в забегаловку. Он вообще ничего не делал, на самом-то деле.
― Присоединяйся к полиции, говорили они. Проломи несколько черепов и отлови нескольких злодеев, ― сказал Винсент, затем вздохнул, ― и посмотри теперь на меня.
― Я не помню, чтобы кто-то так говорил, ― поправил его Брэдшоу.
― Ты понимаешь, что я имею в виду, ― пожаловался Винсент. ― Потраченный впустую день. Я заработаю геморрой от сидения здесь на холоде.
― Прекрати ныть.
Именно тогда дверь грузовика открылась, и вышла молодая девушка, одетая в белую рубашку и черную юбку, частично прикрытая мешковатым анораком
― Просто официантка, ― сказал Винсент, так как кем еще она могла быть здесь.
Когда та начала пересекать автомобильную парковку, однако дверь кабины грузовика, наконец, открылась, и они увидели, как тот Дэнни выбирается наружу.
Молодая девушка тогда принялась идти быстрее. Пока наблюдающие детективы пытались понять, что происходит, Дэнни широко развел руки, и она пошла прямиком в его объятия. Он крепко обнял ее, а затем прервали объятие, но только, чтобы приняться страстно целоваться.
― Гребаный ад, сколько ей лет? ― с изумлением спросил Брэдшоу.
― Шестнадцать, ― ответил Винсент, ― максимум семнадцать.
― Грязный ублюдок, ― высказался констебль.
Знакомая машина подъехала сбоку от Тома, когда он покинул паб.
― Садись, ― приказал О’Брайан.
― Опять? ― сказал Том, ― у тебя нет больше дел?
― Что происходит? ― спросила Хелен.
О’Брайан проигнорировал ее.
― Наш старший инспектор хочет поговорить, ― сказал он Тому.
― Так что садись, пока мы не затолкали тебя, ― добавил Скелтон.
Хелен выглядела встревоженной.
― Все хорошо, ― сказал Том.
Скелтон придержал для него открытой заднюю дверь.
― Если позже меня найдут повешенным в моей камере, это будет дело этих двоих, ― сообщил он Хелен, затем подмигнул ей.
Она осталась стоять там, пока они уезжали.
