С тех пор, как он стал главой своего племени, он потратил ни одну сотню солнцеходов на то, чтобы найти хоть какой-то след своей самки, но она словно призрак не оставила ни единого признака присутствия, где бы он ни искал его. И если бы внезапно его кормилица не вспомнила слова Лики перед ее исчезновением, что она так хотела бы вернуться туда, откуда все началось, он, скорее всего, так и продолжал бы рыскать в ее поисках, едва ли догадавшись искать ее здесь, в развалинах святилища Древних. Куда он когда-то проводил ее, когда они внезапно встретились, опять же после ее побега от участи стать капой его старшего брата. Но все это уже было в прошлом, теперь его мучил еще один вопрос, который он так хотел, но одновременно так боялся задать. Все же собравшись с духом и при этом словно боясь собственных слов тихо, прошептал ей на ухо:
— А как наш малыш, что с ним?
Услышав его вопрос, Лика наконец разомкнула объятия и поднялась на лапы. Затем, когда он последовал ее примеру, она жестом велела ему идти за ней. С замиранием сердца он повиновался. Вместе они поднялись по едва заметной тропинке наверх небольшого возвышения, состоявшего из россыпи обломков, когда-то представлявших из себя одну из многочисленных святынь Древних. Оказавшись почти наверху этого хаотичного нагромождения, скреплённого меж собой теперь уже остатками засохших растений и покрытое толстым слоем снега, она подвела его к едва заметному разлому. Лаз был довольно узким, так что Мио пришлось приложить усилия, чтобы вслед за своей спутницей протиснуться в него.
Чуть помедлив, чтобы его глаза привыкли к царившему вокруг него полумраку, он все так же молча пошел куда-то вглубь прохода, расположенного сразу за разломом, ориентируясь лишь на мелькавший впереди белый силуэт Лики. Но вот преодолев несколько расщелин и разломов, они оказались в небольшом закутке, напоминавшем чем-то небольшую горную пещерку, только вид сложенных явно не силами природы обтесанных и искусно подогнанных друг к другу камней в стенах говорил о том, что это укрытие возникло по воле разумных существ, а не по воле случая. Внутри горел небольшой костер и возле него Мио смог различить две закутанные фигуры. При появлении его и Лики, они на мгновение замерли, но затем поспешно поднялись со своих мест и буквально кинулись им навстречу.
— О Древние, быть того не может. Юный господин, вы тут! — раздался радостный возглас.
Обе фигуры подбежали к Мио и тут только он смог их рассмотреть. Оказалось, что перед ним были его капы: Кали и Тану. Мио с изумлением посмотрел на них, вот уж кого он точно не ожидал здесь увидеть, хоть и знал, что они исчезли вместе с Ликой, покинувшей прайд по его просьбе в тот момент, когда он оказался в темнице собственного отца. Пока они радостно приветствовали своего повелителя, Лика прошла вглубь их странного обиталища и вскоре вернулась, бережно неся что-то в своих лапах. Приблизившись к Мио, она протянула ему сверток. Он осторожно взял его и тут же почувствовал, что под слоем каких-то бесформенных обрывков ткани и кожи находится нечто теплое и явно живое. Осторожно, словно боясь невзначай навредить скрытому в глубинах свертка существу, он отодвинул край и увидел крохотную мордочку маленького львенка.
— Это наш с вами сын, мой повелитель! — тихо прошептала Лика. Мио почувствовал, как тугой комок подкатил к его горлу, а на глаза навернулись слезы.
Медленно он прижал к себе маленького сына и нежно облизал его мордочку, на что малыш, до того сладко спавший, открыл глаза и, взглянув на отца, вдруг огласил все вокруг своим радостным смехом.
— Он узнал вас, узнал! — сдавленно воскликнули обе капы, явно с трудом сдерживая более бурные радостные возгласы.
Мио, не отпуская своего детеныша, привлек к себе Лику и снова нежно потерся о ее нос своим. Затем они все вместе сели к огню и очень долго провели в совместных расспросах друг друга. Рассказ Лики оказался на удивление коротким. После того как она и не пожелавшие оставлять свою ожидавшую появления детеныша госпожу капа тайком покинули приделы логова они почти сразу отправились сюда, где и оставались до самого появления их повелителя. Так что рассказывал в основном он и рассказ его был очень длинным, незаметно ими овладела усталость от всего пережитого и, устроившись у огня и прижавшись друг к другу, все улеглись спать. Лика при этом прижимала к своей груди спящего детеныша, а Мио крепко обнял их. Обе же капы улеглись рядом с ними, и все вместе они погрузились в глубокий сон, впервые за долгое время освободившись от груза тревог. Когда они наконец проснулись, звук ветра уже не был слышен. Все вместе они покинули развалины, после чего Мио, держа в лапах сына, повел всех туда, где ждали возвращения его личная охрана, вот только при виде ее Лика глухо зарычала и потянулась за своим клинком.
— Эй, спокойно, а то уничтожишь весь наш эскорт.
— Что? Что во имя обители Древних они тут делают?! — прорычала она, глядя на еще не заметивших их приближения химер.
— Они ждут нас, чтобы охранять нас на обратном пути.
