— К счастью, нас никто не видел, по крайней мере, пока таких свидетелей не нашлось, — с тревогой произнес он, передав своему гостю последние новости.
Несмотря на нетерпение юного льва, ему пришлось провести не один солнцеход в доме стража, прежде чем все наконец улеглось. Только после этого, к немалому облегчению Мио, тот сообщил, что появился шанс провести юного льва в прайд. Для этого тот облачился в броню стража — подошла броня сына Тела, оставшегося у того после гибели последнего в одной из боевых стычек. Вместе они отправились к прайду, как только настала пора ночного караула самого Фелта.
Вместе они вошли в прайд, где Мио, стараясь оставаться как можно дольше незамеченным, окольными проходами отправился к покоям, где должен был находиться его отец. Сердце его при этом то сильно начинало биться, то вдруг замирало, сжимаясь, словно в недобром предчувствии. Наконец выйдя из-за ближайшего ко входу в покои правителя поворота, он увидел заветные двери, но вместе с тем он увидел, что их сторожит один из стражей. К счастью, это оказался всего лишь лев, а не представитель химер. Похоже, последние все-таки не решились на такую вопиющую наглость, которую им уж точно было бы трудно объяснить, избежав всеобщего гнева. Сделав глубокий вдох и напустив на себя показное безразличие, словно он идет выполнять весьма надоевшую ему миссию, Мио подошел к стражнику:
— Эй, как тебя там, мне сказали передать тебе, что тебе приказано явиться к главе стражи. Что-то они там то ли напутали, то ли еще чего перепутали с несением караула. Так что давай, шевели лапами, а то они сегодня явно не в духе.
— Что?! Ты вообще кто такой?! — насторожился страж, слегка угрожающе выставив вперед свою пику.
— А что, так не понятно, твоя смена. Или ты думал, что пост оставят пустовать? Так что вали давай, я и так из-за всей этой заморочки должен тут торчать вместо того, чтобы наслаждаться хмельным соком в компании милых кисок. И угораздило же меня не смыться вовремя по окончании вахты!
Страж на время замер, явно находясь в полном замешательстве. Судя по его растерянному и одновременно напряжённому выражению морды, старающегося решить, что ему делать.
— Ну долго еще? Еще прикажешь уговаривать тебя или лучше просто доложить о твоем неподчинение приказу?
На счастье Мио страж был достаточно юн и, похоже, приступившем к своей службе совсем недавно, а Мио, в свою очередь, был весьма напорист, так что тот, в конце концов, сдался и поспешил прочь. Как только его шаги стихли, Мио, не теряя ни мгновения, приоткрыл дверь покоев правителя и словно тень скользнул внутрь. Только он оказался за дверью, как тут же ему в нос буквально ударил едкий, но одновременно сладкий аромат. Он был настолько силен, что юный лев едва удержался от того, чтобы не расчихаться. Поморщившись, он осторожно пошел вперед в полной темноте, стараясь ни на что не наткнуться и не поднять шум.
Проделав несколько десятков шагов, он наконец увидел слабый свет. Пройдя еще немного, он увидел огромное ложе, на нем возлежала не менее внушительная фигура, а в изголовье горел крохотный светильник, едва разгонявший своим призрачным язычном пламени кромешную тьму вокруг. Все еще крадучись, Мио приблизился к ложу и склонился над ним, вглядываясь в лежащего на нем. Перед ним лежал спящий лев, вот только узнать в нем своего отца ему удавалось с трудом, так сильно тот изменился с момента их последней встречи. Его щеки ввалились, грудь с трудом поднималась в такт тяжелому хриплому дыханию, вырывающимся из нее.
Облизав внезапно пересохший нос, Мио тихо позвал отца, одновременно осторожно прикоснувшись к нему и стараясь его разбудить, но тот никак не отреагировал на его попытку. Мио попытался снова уже более настойчиво, но эффект был прежним — спящий лев даже усом не пошевелил в ответ на его усилия. Неизвестно сколько бы еще продлились тщетные попытки Мио разбудить отца, но вдруг он услышал скрип открываемой двери и легкие приближающиеся шаги. Поспешно оглядевшись в отчаянной попытке найти, где бы ему спрятаться, он шмыгнул за тяжелый полог ложа. Не успел он скрыться за ним, как в комнату вошла юная самочка, на вид еще почти детёныш. В лапах она несла какую-то небольшую курильницу. Поставив ее у изголовья спящего правителя, она воспользовалась пламенем светильника и воскурила ее. Тут же Мио почувствовал новую головокружительную волну странного запаха, который ощутил, едва зайдя в покои отца, и на этот раз он не удержался и громко чихнул.
