— Итак, я подумала, не организовать ли нам мероприятия для детей, — сказала Эверли, и мы все просто посмотрели, к чему она клонит. Она проглотила кусочек еды, который жевала, и продолжила: — Я заметила, что многие люди приводят своих детей, когда они приезжают.
— У многих из них нет семьи или кого-то, кому они доверяют, чтобы оставить своих детей, — сказал ей Кэл.
Она кивнула.
Мне нравилось, как она понимала все это, и никогда не осуждала.
— Да, я знаю. Вот почему, если они придут, мы могли бы также сделать это весельем для них. Купите несколько упаковок соков, чтобы угостить их, и дайте их родителям воды или содовой.
Мое горло сжалось, и по молчанию моих братьев я понял, что они чувствовали то же самое. Это было наследие, которое мы решили взвалить на свои плечи, и теперь она делала это по-своему.
Я всегда буду дорожить тем фактом, что она не сбежала от нас.
— Мы можем это сделать. — Первым заговорил Сэинт.
— Хорошо, давайте закончим есть, потому что, как только машины поедут, они не остановятся, пока солнце не сядет.
Мы все переоделись и приняли душ.
Мы с Кэлом обычно ходили последними, так как Эверли и Сэинт любили использовать всю горячую воду.
Убирая свое барахло, я заметил, что Кэл был в комнате старика.
— Я думал, мы уберем это завтра, — сказал он мне, услышав, как я вошёл.
— Завтра давно настало. — сказал я.
— Да, — добавил он. — Раньше это просто не казалось правильным.
— Нам нужно переделать все это место, — сказал я, оглядываясь.
Дом все еще выглядел так же, как когда мы вошли сюда мальчишками.
— Я тоже об этом думал. Как только я закончу учебу, мы сможем уделять больше времени бизнесу и увеличить наш доход.
— Как только мы закончим, мы поможем тебе, — пообещал я, зная, что декан скоро перестанет быть проблемой.
Мы вышли из комнаты и пошли в гараж. Он уже был открыт, и солнце освещало комнату. Сэинт готовил все инструменты, пока Эверли накрывала стол с напитками и закусками.
Мы заботились о своих люди, а они заботились о нас. И, может быть, сначала мы делали это, потому что так учил нас старик. Но когда мы стали старше, то уже точно знали каково это — быть отвергнутыми и нежеланными? Именно поэтому эта часть города всегда держалась вместе, потому что мы все были изгоями.
Начали подъезжать машины, каждый из нас усердно работал. К полудню мы все вспотели и устали, но мы знали, что это всего лишь один день в месяце, и мы справимся.
Голова Эверли повернулась к длинной подъездной дорожке, когда к нам подъехал старый Жук. Раньше он был красным, но теперь весь заржавел. Теперь он выглядел оранжевым. Окна были открыты, и Эминем взорвался из старых колонок.
Поскольку более короткая очередь теперь была у Сэинта, машина припарковалась именно там.
Я мог бы сказать, что Эверли не знала, смеяться или бояться, когда Эстер вышла из машины.
— Привет, малыши, — поприветствовала она всех нас, а затем направилась к столу с закусками, где в настоящее время сидела Эверли.
— Оооо, милая, ты знаешь как вести бизнес, — сказала она, обернувшись и уставившись на нас. — За все это проклятое время эти три болвана ни разу не предложили мне ни капли воды.
Люди вокруг нас усмехнулись, и мы тоже.
— Ты знаешь, говорят, что прикосновение женщины все меняет, — сказал Кэл, поскольку он был ближе всех к ней.
— Ты все правильно понял, мальчик.
Я закончил менять масло в машине, над которой работал, и собирался зайти внутрь и отлить, прежде чем завести другую, когда все головы повернулись к дороге, где мы могли слышать, как полицейские сирены становятся громче.
Эверли встала, и Кэл прекратил работу над машиной и вытер руки. Сэинт стоял рядом с машиной Эстер, и мы все просто смотрели, как три машины въехали в наш двор.
Люди, которые ждали в своих машинах, заперли двери. Они были напуганы. Все здесь знали, что полиция ничего для них хорошего не сделала.
Когда я снова поднял глаза, я увидел начальника полиции и понял, что мы облажались. Мы с Кэлом посмотрели друг на друга. Они не могли войти, не без ордера. Мы направились к передней части двора, но шеф даже не смотрел на нас. Он пробивался к Сэинту.
Я открыл рот, чтобы заговорить, но он опередил меня.
— Сэинт Девин, — почти прорычал мудак. — Вы арестованы за убийство Роберта Паркера-Пеннингтона II.
Все вокруг меня превратилось в хаос. Люди кричат, бегают, сходят с ума. Минуту назад все было в порядке. Все были счастливы.
В следующую,
Все это рухнуло с прибытием начальника полиции. Я стиснула зубы, глядя на него, инстинктивно прячась за одной из машин, припаркованных рядом со мной. Я не видела его с тех пор, как он и мой дядя забрали меня, и внезапных воспоминаний, которые у меня возникали, было достаточно, чтобы мое сердцебиение ускорилось.
— Ты в порядке?
Я повернулась и увидела, что Эстер изучает меня, нахмурив брови, и я кивнула.
— Я в порядке.
Она скептически посмотрела на меня, но больше ничего не сказала. Вместо этого она подняла руку, указывая в направлении Сэинта.
— Нашего мальчика нужно спасти.
