Безжалостные боги полностью

– Думаю, нам стоит порадоваться, что бог завладел тобой, а не Надей, – пробормотал Малахия.

Серефин недоверчиво покосился на него, но Малахия продолжал смотреть куда-то вдаль.

– Она достаточно опасна сама по себе.

Разговор с Серефином потряс Надю. Она не сомневалась, что Малахия обманывал ее. Но ее взволновало не это, а предположение, что – ох, нет – Малахия все же обрел силу, просто не знал, как ей воспользоваться. И Надя не знала, что с этим делать.

Малахия завладел реликвиями. Убивал калязинцев. А магия изменилась.

Она почти закончила собирать четки. Оказалось, так трудно вспомнить правильный порядок бусин, но она просидела над ними несколько вечеров, пока остальные спорили о том, стоит ли разжигать костер, а Малахия горбился над своей книгой заклинаний, что вызывало еще большие подозрения.

Вот только Надя не знала, имеет ли значение, правильно ли она собрала четки. Могло ли это что-то изменить? Что, если существовала какая-то иерархия, которую Надя нарушила? О которой она даже не догадывалась?

И она все еще не могла отделаться от ощущения, что на четках не хватало бусины. Но чьей? Ведь каждый раз, когда она бралась пересчитывать, их оказывалось двадцать.

– Конечно же, в церкви не хотели, чтобы ты знала о падших богах, – сказала Катя однажды вечером, усевшись рядом с ней. – Они не хотят, чтобы кто-нибудь знал об этом. Ведь люди по своей природе любопытны. И пытаются их разбудить.

– Но им очень не хотелось, чтобы знала именно я, – нахмурилась Надя.

Катя усмехнулась.

– И с чего это ты такая особен… – Она замолчала. – Ох.

К чему это могло привести? Священнослужители опасались, что Надя начнет общаться с богами, не входящими в пантеон? Вот только так и получилось. Так что, судя по всему, их опасения оправдались. Первое, что она сделала, поговорив с одним из падших, освободила его. Но теперь ей уже не так легко запудрить мозги.

Вот только сейчас это уже не имело значения.

– Что ты здесь делаешь? – решила сменить тему Надя.

– По большей части избегаю отца, – нахмурившись, ответила Катя. – И пытаюсь помочь транавийскому парню сдержать чудовище, которое сидит у него в голове.

– Судя по всему, это я освободила Велеса, – призналась Надя.

– Не могу поверить, что тебе никогда не рассказывали о нем.

Все считали, что ее надо беречь и защищать, а потом бросили на съедение волкам.

– На самом деле проблема не в Велесе, – добавила Катя. – А в том, что он может пробудить тех, кто старше.

Малахия сел по другую сторону от Нади. Катя замолчала на мгновение, но все же решила продолжить:

– И старшие боги, ну, они намного хуже. Правда, мы переживали и более страшные времена.

– То есть существуют боги старше наших? – спросила Надя.

Катя кивнула.

– О них мало что известно. Я находила лишь отдельные упоминания. А большинство их имен стерли из памяти. Но есть один бог… Чирног. Хаос. Его мало кто помнит, но именно этого он и хотел.

Надя почувствовала, как напрягся Малахия.

– Может, я слишком всполошилась, ведь нет никаких доказательств, что древние боги пробудились, но меня не покидает чувство, что это лишь начало грядущей катастрофы. Церковь много чего делает не так, – сказала Катя. – Боги, никогда не думала, что скажу это клирику, но ты, кажется, не так слепо держишься за их верования.

Надя ткнула Малахию локтем, не давая высказать какую-нибудь самодовольную глупость.

– А что не так делает церковь? Ты о магии? – спросила Надя, поднимая руку, чтобы в случае чего еще раз ткнуть Малахию.

Ему так сильно хотелось вмешаться в разговор, что он сейчас напоминал собаку, которая упирается лапами в землю, пытаясь оборвать привязь.

– Ну конечно.

И Катя попыталась общими фразами объяснить, к какой магии имеет доступ, все время бросая на Малахию недоверчивые взгляды.

Но Надя поняла, что она имела в виду: ритуалы и молитвы, взывающие к святым, чтобы те поделились своей силой для заклинаний. Они явно основывались на понимании божественной магии, но менялись под нужды тех, кого боги не одарили своим благословением.

– И церковь принимает это? – спросила Надя, рассматривая маленькую иконку, которую дала ей царевна.

– Нет, – ответила Катя. – Это оккультизм. Святые не боги, так что их магия не считается праведной.

Малахия застонал и, откинувшись назад, прикрыл глаза рукой.

– Прошу, хватит же теологии.

– А с тобой никто и не разговаривает, – заметила Надя, после чего озадаченно посмотрела на Катю. – Но как ты…

– Как царевна может использовать оккультную магию, не опасаясь, что ее повесят? – иронично поинтересовалась Катя. – Церковь делает вид, что ничего не замечает, когда дело касается Voldah Gorovni. Ведь кому-то же нужно убивать чудовищ.

Надя проигнорировала усмешку Малахии.