Краем глаза она уловила какое-то движение, и стоило ей повернуть голову, как из глазниц и открытых челюстей черепов полилась кровь. Надя тут же зажмурилась и прижала к глазам ладони.
Черный Стервятник тихо усмехнулся.
– Большинство людей, спускавшихся сюда, не выдерживали так долго, как ты.
Тихий всхлип вырвался из ее горла, но Наде удалось подавить рыдания. Страх стал ее верным спутником, а это место – просто страшнейшим из кошмаров. Здесь все ощущалось дурно и неправильно, а стоило чуть задержать взгляд, как тебя пронзал ужас.
– Разве ты не человек? – поинтересовалась она.
– Здесь, внизу, кроме тебя людей нет, – ответил он с бесстрастным взглядом, за которым скрывалась бескрайняя печаль.
Надину грудь пронзила странная боль.
– Зачем ты пришла? – спросил он.
«Из-за тебя, – подумала она, – потому что моя жизнь вдруг переплелась с кошмаром, от которого невозможно убежать. И мне необходимо, чтобы ты помог мне вновь найти путь к моим богам».
Богам, которых хочешь уничтожить. Как все это уложить в голове?
– Ты помнишь свое имя? – тихо спросила Надя.
Он замер так неподвижно, словно превратился в статую. От такой реакции сердце Нади пустилось вскачь, а внутри зародилось желание убежать. Потому что напряжение, повисшее в комнате, стало убийственным.
Черный Стервятник медленно повернулся и направился прямо к ней. Надя невольно прижалась к спинке скамьи, понимая, что ей некуда отступать.
– На что ты намекаешь, towy Kalyazi?
Он так близко подобрался к ней, что Надя от испуга сильно отстранилась назад, отчего ее рука коснулась скамейки, стоящей позади.
– Ты пришла, чтобы спасти меня? Благожелательная святая из Калязина пришла очистить душу чудовища Транавии? – язвительно поинтересовался он.
– Нет, – прошептала Надя. – Я… Может, в чем-то ты и прав, но не во всем.
Она вскинула руку, пытаясь остановить его, ведь он уже вплотную подобрался к скамейке, на которой она сидела. Черный Стервятник присел на корточки и положил руки на колени, выставляя напоказ длинные когтистые лапы.
– Я повстречала в Калязине транавийского парня, – поспешно, но дрожащим голосом начала Надя. Она решила рискнуть. – Он показался мне необыкновенным и волнующим, так что неудивительно, что ему удалось украсть мое сердце. Но он солгал мне, и я потеряла его. Я пришла сюда, потому что без помощи Короля чудовищ не смогу вернуть то, что потеряла. Меня терзает страх, что этот мир сгорит дотла. И мне нужна твоя помощь, чтобы помешать этому.
Черный Стервятник склонил голову набок. «Вот оно». Именно такой реакции она и добивалась. Это любопытство. Трещина в его броне. Та малость, что позволит разорвать его на куски. В своем логове он мыслил более связно, и она просто обязана этим воспользоваться.
– Почему я должен тебе помогать?
Почему он должен ей помогать? Какой ей дать ответ, чтобы убедить Черного Стервятника, что он должен помочь ей, а не убить ее во тьме, царящей здесь?
– Потому что чего-то не хватает.
Выпрямившись, Надя опустилась перед ним на колени. Но стоило сантиметрам между ними растаять, как он замер.
Протянув дрожащую руку, она коснулась кончиками пальцев его щеки, провела вверх по спиралевидным рогам, прятавшимся в его волосах.
Черный Стервятник перехватил ее руку и потянул вниз, чтобы взглянуть на шрам, выступающий на ее ладони. Когда их кожа соприкоснулась, между ними проскочила странная искра силы. Она возникла из-за его магии? Или была вызвана чем-то другим?
– Кто ты? – пробормотал он.
Надя медленно покачала головой.
– Не знаю. – Ее голос дрогнул.
Внезапно он швырнул ее на скамью, вызвав вспышку боли от удара головой о камень, а затем схватил за горло.
– Я подумаю над твоей просьбой, – сказал он.
А затем выпрямился, пересек святилище и исчез за дверью. В тот же миг свечи погасли, и Надя осталась в кромешной темноте.
«Она вырывала горло тем, кто противостоял ей. Богине чародейства. Богине смерти».
Надя не стала задерживаться в зале ужасов, а отправилась бродить по темным коридорам в отчаянных, но безуспешных поисках искорки света. А еще ее начали раздражать окружающие звуки. Крики и необычное пение, отражающееся от стен, не смолкали, но она не могла заглушить их, и приходилось слушать хор агонии, наполнявший это место. Всякий раз, стоило наткнуться на огонек света, как Надя замечала, что это вырезанные на стене символы, окропленные кровью, и ей тут же хотелось вновь оказаться в темноте. В этом логове чудовищ пряталось столько ужаса, что теперь она понимала, откуда появлялись рассказы о людях, оказавшихся в этих лабиринтах и лишившихся разума в поисках выхода на поверхность.
