Безжалостные боги полностью

А неспособность видеть только усугубляла положение. Он знал, что находился на открытом пространстве, окутанном снегом, и даже не догадывался, как ему следовало обращаться к спящему существу. Может, он и идиот, но это все еще не укладывалось у него в голове.

Да и все происходящее здесь, внутри храма, не укладывалось у него в голове. Потолок казался слишком высоким, а перед ним внезапно возникла огромная дверь.

Серефин понимал, что ему не следовало туда входить. Это место вселяло в него безграничный ужас, от которого не удавалось избавиться. Словно он знал отчетливо и наверняка, что за этой дверью скрывается безумие.

Дверь приоткрылась, и Серефин отступил на шаг.

«Спокойнее», – подумал он.

И тут из темноты донесся глубокий, гортанный и пугающий голос. Казалось, словно к его ушам прижали тлеющие угли, и что-то неуловимое впилось ему в кости, раскалывая их на мелкие осколки.

Из его левого глаза потекла кровь. Но он не сразу понял это. Просто почувствовал, как по щеке стекает теплая струйка.

Неужели не существовало другого способа получше?

Вот только Серефин знал, что его не было. Особенно после того, что совершил Малахия.

– Я и раньше встречался с королями. Мертвыми королями, чьи останки застыли на опушке леса. Старые, ничтожные мешки гниющей плоти, которые называют себя человечеством. И ты осмелился явиться ко мне, в мои владения. Но тебя едва ли можно назвать королем, мальчик. Я знаю. Я вижу. Тебе ничего не скрыть от меня, Серефин Мелески, сын Изака, сына Богумила, сына Флорентина. Ты носишь на себе отпечаток прикосновения смерти. Как думаешь, сколько времени мне понадобится, чтобы выбросить твои останки на опушку моего леса?

Серефин застыл. Чем дольше он стоял здесь, тем сильнее его терзали силы.

Здесь ему явно не поможет недоверие, с которым он общался с Велесом. Что бы ни скрывалось в темноте… оно отличалось от всего, что Серефин знал. Нечто огромное, древнее и пугающе-реальное.

– Не нарушай моего уединения своими раздражающими бренными словами, – продолжил голос. – Мы можем заключить сделку. Ты и я. Тебе нужны силы, чтобы убить надоеду. Я тоже желаю, чтобы он умер.

– Какое удачное совпадение, – прохрипел Серефин.

Огромная – намного больше, чем можно представить, – когтистая рука появилась из темноты. А за ней еще и еще, пока десятки когтистых, кровоточащих рук не облепили дверной проем, отчаянно пытаясь вырваться наружу. Дергая, раздирая, круша дерево, они тянулись вперед, отчего бескрайняя непостижимая сила, исходящая из тьмы, давила все сильнее. Серефин никогда не сталкивался ни с чем подобным.

– Невероятно удачное совпадение.

И в этот момент одна из рук схватила Серефина и утащила его в темноту.

Надя резко проснулась от толчков Париджахан.

– Собирайся, нам нужно уходить, – сказала аколийка.

Ее темные волосы неряшливой копной свисали вокруг головы, словно она всю ночь металась на подушке.

Надя аккуратно поднялась с кровати. У нее все еще болели бока, и приходилось двигаться с особой осторожностью, чтобы не разошлись швы.

– Что случилось?

Вдалеке послышались голоса, которые кричали на калязинском, и в глубине души Надя понимала, что это означает сражение. Но как такое возможно, ведь они находились в Транавии?

– Тебе лучше? – с настораживающим весельем в голосе спросил Малахия, когда Надя вышла в общую комнату.

– Костя вернулся? – задала свой вопрос она.

На его лице мелькнуло раздражение.

– Вернулся.

Облегчение охватило ее тело. Надя не ожидала, что он вернется. Она подошла к окну. И хотя ничего не увидела, прекрасно поняла, что слышала.

– Твой друг попытался убить меня этой ночью.

Надя покосилась на Малахию.

– Ох. У него получилось?

Он нахмурился:

– Нет?

– Похоже, ты и сам в этом не уверен.

– Ну, я не сомневался в этом, пока ты не спросила.

– Мне искренне жаль, что он потерпел неудачу, – отозвалась Надя с большей язвительностью в голосе, чем планировала.

Малахия кивнул, ни капли не обидевшись на ее слова. Она вздохнула и опустила занавеску.

– Думаю, это вопрос времени, так как вскоре мы все умрем, – сказал он.

– Неужели калязинцы смогли оттеснить линию фронта в Транавию? – все еще не веря, спросила она.

Надя знала, что ход войны переломился, а калязинцы сплотились. Но никогда еще им не удавалось добраться даже до границ Транавии. Так как же это случилось сейчас?

Она слишком засиделась в Транавии.

Малахия пожал плечами.

– И Калязин, и Транавия в последнее время несут примерно одинаковые и достаточно сильные потери.