— Я хочу трахнуть тебя, Эмелия, — хрипло говорю я. Багровый румянец темнеет на ее коже. Ее грудь поднимается и опускается. Ее дыхание становится тяжелее. Я хочу трахнуть ее так сильно, что она будет кричать мое имя всю ночь.
— Я хочу трахнуть тебя, Princesca. Пожалуйста, позволь мне, — добавляю я. Для моих ушей это звучит как мольба.
— Да, — отвечает она. — Трахни меня.
Услышав, как я уже очернил ее, я улыбнулся.
Я отступаю от кровати. Она приподнимается на локтях, чтобы посмотреть, как я снимаю с себя остатки одежды. Когда ее взгляд останавливается на моем члене, я чувствую, как он твердеет еще больше, а капля предякулята на кончике показывает, как сильно я ее хочу.
Я подхожу к ней и одним движением снимаю с нее шорты и трусики, обнажая ее красивую киску.
Я хочу засунуть свой член глубоко в эту девственную киску и сделать ее своей. Заклеймить ее как свою. Заявить на нее права так, чтобы, когда кто-нибудь посмотрит на нее, он бы понял по ее взгляду, что она принадлежит мне. Я знаю, что должен быть осторожным, нежным. Я никогда раньше не трахал девственницу, но я знаю, что для нее все будет новым и страшным. Я не хочу, чтобы у нее были страхи сегодня вечером.
Когда я возвращаюсь на кровать и наклоняюсь над ней, она кладет руки мне на плечи.
— Я не знаю, как… — начинает она, но я поцелуем отгоняю ее слова.
— Ты доверяешь мне. Ты доверяешь мне свое тело, — говорю я ей.
Наблюдать, как доверие появляется в ее прекрасных глазах, это наслаждение, которое я никогда не думал, что увижу.
— Я… доверяю тебе, — говорит она, приближаясь, чтобы поцеловать меня.
Я крепко целую ее, затем ловлю ее лицо и смотрю на нее, возвращая себе контроль.
— Раздвинь для меня ноги. — Я отпускаю ее, и она подчиняется. Мой рот наполняется слюной, когда я наблюдаю, как она раздвигает для меня ноги, ее восхитительные шары подпрыгивают, когда она движется, а кончики роз твердеют под моим взглядом. — Хорошая девочка.
Я утыкаюсь лицом между ее бедер, проникая языком в ее тугую киску.
Бля, она уже мокрая для меня. Я хочу довести ее до оргазма один раз, прежде чем я ее возьму, так ей будет легче. Легче и приятнее.
Я облизываю твердый бугорок ее клитора, заставляя ее стонать. Когда она держится за мои плечи, я толкаю ее сильнее и сосу маленький бутон, пока она не запрокидывает голову и не выкрикивает мое имя.
Мое имя на ее прекрасных губах заставляет меня поднять голову, чтобы посмотреть, как она раскрепощается в моих объятиях. Я вбираю в себя образ чистого удовольствия на ее лице и запечатлеваю его в памяти. Вот как я хочу ее запомнить. Вот что я хочу запомнить, что бы ни случилось.
— Массимо, — ахает она, протягивая ко мне руки.
— Все в порядке, Princesca. Это только первый вкус удовольствия. — Я ныряю обратно и провожу языком по ее клитору, вдыхая ее сладкий женский запах, смакуя первый вкус ее соков, когда они начинают течь в мой рот. Она кончает жестко, брыкаясь и бьясь об мое лицо, но я держу ее задницу и прижимаю ее к себе, чтобы я мог взять от нее все, что хочу.
Я слизываю достаточно ее соков и оставляю ровно столько, чтобы направить меня в ее вход. Вставая на колени, я раздвигаю ее бедра. Наши взгляды переплетаются, когда я тянусь к своему члену, чтобы направить его в нее.
Я никогда не ожидал, что буду нежен в этом. Во мне нет ничего нежного, но я хочу попробовать для нее.
Я протираю своим членом ее половые губы и проталкиваюсь в ее вход, прокладывая себе путь, медленно продвигаясь в ее девственный проход. Я останавливаюсь, когда ее стенки сжимают кончик моего члена.
— Массимо, — задыхается она. Я провожу пальцами по ее стройным бедрам.
— Тебе скоро станет хорошо, я обещаю. — Она задыхается, когда я врезаюсь в ее девственную киску.
Она снова кричит, и ее глаза наполняются дикой смесью боли и чистого удовольствия. Все для меня.
Теперь она действительно чувствует, что принадлежит мне.
Эмелия
Удовольствие и боль воспламеняются во мне и разливаются по всему телу.
Я чувствую, будто меня насаживают на его член, когда боль пронзает мое тело, но сладостное удовольствие возвращает мою душу обратно в объятия страсти.
Удовольствие в чистейшей форме пронизывает каждую фибру моего существа, зажигая меня. Оно приходит перекрывающимися волнами. Мое тело склоняется перед ощущением, уступая ему.
Массимо обхватывает мои бедра, не отрывая от меня взгляда, и покачивает бедрами вперед, начиная медленные, ровные движения.
— Бля… Эмелия, ты такая узкая, — рычит он.
Толстая вена сбоку на его шее пульсирует, заставляя мой живот скручиваться в узел.
