Безжалостный рыцарь полностью

– Да, но ведь она об этом не знает.

– Точно.

Коул схватил меня за плечи. Это движение подчеркнуло нашу разницу в росте.

– Если ты хочешь, чтобы это сработало, тебе нельзя позволять ей проникать в твою голову. Пообещай мне, что не позволишь ей этого.

Я никогда не давала обещания, когда не была уверена, что смогу сдержать их.

– Я буду стараться. – Я взглянула на часы и сморщилась. – Мы опаздываем на урок.

Он протянул руку.

– Пойдем.

Я неохотно взялась за нее.

– Я могу кое-что у тебя спросить? – прошептала я, убедившись, что нас никто не услышит.

Это не давало мне покоя с тех пор, как я согласилась быть его девушкой.

– Дерзай.

– Если Кортленд выиграет, он получит твою машину, так?

– Он не выиграет, – процедил Коул.

– Окей, ладно. Тогда, когда ты выиграешь, что ты получишь?

Я увидела заносчивый блеск в его глазах.

– Сорву твой цветок.

Коул

Телефон вибрировал у меня в кармане в десятый раз, с тех пор как начался урок. Я посмеивался про себя. Никогда не думал, что Сойер настолько болтливая.

Сойер: Мы не занимаемся сексом.

Нажав кнопку ответа, я набрал сообщение.

Коул: Я знаю. В школе с этим туго. Мы должны свалить отсюда и поехать ко мне домой.

Я усмехнулся, отправляя сообщение. Если ее трусики до сих пор не влажные, теперь точно будут.

Черт. Плохой выбор слов. Одна мысль о трусиках Сойер завела меня. Интересно, они кружевные и прозрачные? Нет. Зная ее, они, наверное, обычные, хлопковые. Невинные и чистые… прямо как ее киска.

Сойер: Ты с ума сошел? У нас никогда не будет секса. Ни сегодня, ни завтра… никогда. Понял?

Улыбаясь про себя, я грыз кончик ручки.

Коул: Если ты настолько уверена, что не хочешь трахаться со мной, тебе стоило добавить это в контракт.

Но она этого не сделала.

Не было никакого упоминания ее предстоящего лишения девственности. Я бы решил, что дело в ее наивности и в том, что она не знала всей сути пари, но Бьянка проболталась, мол, Сойер пряталась в раздевалке. Она все слышала. Но в контракте по-прежнему не было ничего о том, что секс не обсуждается. На самом деле, ее контракт четко говорил, что я не могу спать с любыми другими девушками.

Интересный выбор слов. Оговорка по Фрейду, если это вообще оговорка.

Сойер: Я не внесла это в контракт, поскольку думала, что об этом и говорить нечего.

Коул: Ладно. Можем делать и не говорить. Детка.

Сойер: Во-первых, никогда больше не называй меня деткой. Во-вторых, ничего, что я не захочу, мы делать не будем.

Оу, она захочет.

Сойер: И просто чтобы мы правильно поняли друг друга. Я говорю обо всем, что включает твой член.

Я попробовал по-другому.

Коул: Что насчет моих пальцев?

Коул: Или языка?

Коул: Я всегда могу использовать их одновременно, кстати. По правде говоря, я в этом спец.

Сойер: Я в порядке, чемпион. Спасибо.

Боже. А она крепкий орешек, крепче, чем я думал.

Пришло время сбросить бомбу.

Коул: Слушай, мне нравятся девушки, которые предпочитают быть дающей стороной, но я бы чувствовал себя неправильно, если бы ты делала мне минет ближайшие шесть месяцев, а я ничего бы не отдавал взамен.

Чтобы ответить ей потребовалось целых десять минут.

Сойер: Извини?

Коул: В нашем контракте ясно сказано, что мы спим. Но если традиционный секс, пальцы и язык тебе не подходят, остается только минет.

Сойер: Боже, Ковингтон. Все в этом предложении настолько не так, что я даже не знаю, с чего начать.

Наконец-то мы на одной волне.

Коул: Согласен.

Сойер: В контракте ничего не сказано о том, что мы спим. Ты безграмотный? Если это правда, то тут нечего стыдиться. Я могу тебе помочь.

Коул: Я не безграмотный, Черч. Твой маленький контракт четко говорит, что я не могу спать с другими девушками.

Сойер: К чему ты клонишь?

Коул: Значит, я буду спать с тобой.

Сойер: Ты украл у Оукли его заначку с травой? Это означает только то, что ты не можешь совать свой член куда вздумается, придурок.

Господи Иисусе. Шесть месяцев – чертовски долгий срок.

Коул: Прости, но это неприемлемо.

Сойер: Облом. Ты уже согласился.

Коул: Если мы не трахнемся, я проиграю пари.

Сойер: Это не моя проблема. Я согласилась быть твоей липовой девушкой, а не твоей шлюхой.

Коул: Секс со мной не сделает тебя шлюхой.

Сойер: Ты прав.

Эврика. Самое время ей прийти в себя.

Сойер: Он сделает меня идиоткой.

Я убрал телефон в карман.

Мы еще не закончили.

Не раньше, чем мой член войдет в нее до упора, а она будет выкрикивать имя своего Господа и Спасителя.

Сойер

Встреча школьного совета затягивалась, поэтому я уже на десять минут опаздывала на встречу с Оукли в библиотеке.

– Прости, – сказала я, когда подошла к столу, за которым он сидел.

Оукли был настолько занят своими каракулями, что даже не поднял глаза. Раньше я гадала, что же он там постоянно царапает, но после того, как несколько раз заглянула ему через плечо, была почти уверена, что поняла.