Никс шагнула к нему. Ее внимание привлекло какое-то движение. Отблески солнечного света сверкнули на доспехах рыцарей, длинной вереницей поднимающихся по каменным ступеням. Легион двигался быстро, но все-таки не так быстро, как черные тени, бежавшие впереди.
К ним подошел Джейс.
– Что насчет обломанных ступеней? Как вы думаете, они смогут преодолеть этот участок?
– Возможно, это задержит людей короля, – ответил ему Фрелль. – Им придется мастерить веревочную лестницу.
– Но только не филасозавров, – добавил Канте. – Я видел их на охоте. Они без труда перепрыгнут через брешь и вскоре настигнут нас.
Рычание становилось все громче.
Принц прислушался.
– Я бы сказал, их там не меньше десяти, а то и целая дюжина.
– В таком случае поторопимся! – указал на ступени Фрелль. – Мы должны достичь Приоблачья до того, как они нас догонят.
– И что тогда? – спросил Джейс.
– Об этом будем думать потом. – Канте подтолкнул Никс и Джейса к алхимику. – А пока надо постараться сделать так, чтобы нас не настигли на этих узких ступенях.
Беглецы вернулись к заросшим ступеням и поспешили вперед. Каждый шаг давался с боем. Острые колючки раздирали одежду и впивались в тело. Корни и ветки преграждали дорогу. Казалось, весь влажный лес вознамерился остановить путников, не дав им подняться выше.
И дело было не только в буйной растительности.
Преодолев пару десятков ступеней, маленький отряд подошел к своду из известняка, соединяющему края ущелья. Баашалийя подлетел к ней, нырнул под нее, затем резко взмыл вверх и замахал крыльями, подавая знак.
– Стойте! – окликнула Никс.
Все повернулись к ней.
– Он хочет о чем-то предупредить нас, – сказала она, указывая на своего крылатого брата.
Воздух наполнился грозным рычанием.
– По-моему, это ясно и без твоего братца, – махнул рукой назад Канте.
– Нет. Дело не в филасозаврах. – Протиснувшись вперед, Никс схватила алхимика за руку. – Филасозавров Баашалийя не боялся. Он не хочет, чтобы мы прошли за этот свод. Вот о чем он пытался предупредить нас с самого начала. Баашалийя учуял впереди какую-то опасность.
– Какую? – подошел к ним Джейс.
Никс покачала головой. Ответа она не знала, но одно было ясно.
– Это что-то похуже филасозавров.
Поддержку она получила там, откуда не ждала.
– Полагаю, маленький мошенник все-таки прав, – пробормотал принц.
Остановившись на краю маленькой площадки, Канте привлек внимание своих спутников к голубой заводи в реке далеко внизу. С одной стороны в нее с грохотом втекал каскад, с другой вырывался окутанный дымкой водопад. Между ними поверхность заводи была зеркально-гладкая, а кристально прозрачная вода позволяла видеть дно. Оно было усеяно гладкой галькой – но вода отполировала не только камни.
В прозрачных глубинах громоздились груды костей. Черепа всех размеров устилали дно, от огромных, со сломанными рогами, до совсем крохотных с острыми клювами. Беспорядочными кучами были навалены кости конечностей, заканчивающиеся пожелтевшими когтями или отбеленными копытами. Сотни сломанных грудных клеток переплелись вместе подобно ветвям в буреломе, и среди них деловито суетились крабы и сновали серебристые рыбешки.
Самым жутким зрелищем были человеческие черепа с зияющими пустыми глазницами, некоторые в сияющих шлемах. Сотни мечей торчали из этих груд, некоторые еще зажатые в истлевших руках.
– Кажется, теперь понятно, почему этот проход окрестили «Тропой Павших», – обернулся к своим спутникам Канте.
Все повернулись к своду и снова увидели летучую мышь, отчаянно старавшуюся предостеречь их.
– Что там может быть? – спросил Джейс.
Рычание филасозавров, отражаясь от каменных стен, становилось все более зловещим. Теперь в этих криках звучала жажда крови.
– Этого мы не знаем, – сказал Канте. – Но мы
– Нужно двигаться вперед, – решительно произнес Фрелль. – У нас нет выбора. Быть может, этим костям уже сотни лет.
Никто не стал с ним спорить. Злобный рев филасозавров нарастал. Оставаться на ступенях и дожидаться приближения свирепой своры означало верную гибель.
Слова наставника не обманули принца. Когда все направились к своду, он проводил взглядом летучую мышь, кружащуюся в воздухе, снял с плеча лук и достал стрелу. И все-таки у него не было уверенности, что эта предосторожность поможет. У него перед глазами стояла картина сверкающих мечей в руках мертвецов.
«Да уж, им от оружия не было никакого толка».
Затаив дыхание, беглецы осторожно прошли под сводом. Однако за ним продолжались такие же в точности ступени, как и те, что остались позади. Ущелье впереди полностью заросло лесом. Беглецы с трудом пробирались все выше, шаг за шагом, ступень за ступенью. И по-прежнему не было никаких признаков опасности.
«Возможно, Фрелль был прав…»
Никс первая заметила перемену.
– Птицы исчезли, – прошептала она.
Канте остановился, напрягая зрение и слух, всматриваясь и вслушиваясь в густые заросли. С ветвей не кричали ястребы. В гнездах в скалах не суетились вороны. Принц поймал себя на том, что уже какое-то время не замечал перебегающих дорогу грызунов и не увертывался от зубов змей.
