Девушка по-прежнему чувствовала у себя под ногами каменистую почву, но при этом она летела по небу. У нее в сознании одни образы накладывались на другие. Она видела лес вокруг, но также наблюдала за тем, как под ней далеко книзу открывается ущелье. Даже туман не застилал этот ее новый взор. Открывшаяся ее глазам панорама простиралась на все ущелье, подпитанная пронзительным криком, выхватившим каждую расселину, каждую ветку, каждый лист. Никс увидела спешащих через реку визглявок. Сосредоточив взгляд, она различила в сплошной туче отдельных особей.
Девушка вспомнила похожие мгновения во время отчаянного бегства от Бэрда и его приспешников по лестницам Обители. Она вспомнила, как на какой-то краткий миг звон школьных колоколов каким-то образом открыл ей план того, что ее окружало. Воспользовавшись этим зрением, Никс тогда побежала по ступеням более уверенно.
И вот теперь до нее дошла истина.
«Возможно, колокола тут были ни при чем».
Может быть, Баашалийя уже был там? И это он вызвал большую летучую мышь, убившую Бэрда?
Но сейчас у нее не было времени думать об этом.
Своими настоящими глазами Никс видела зловещих маток, надвигающихся на нее и ее спутников. Ее охватила паника, вырывая из туманных высот, возвращая обратно в собственное тело. Однако это ей так и не удалось. Пронзительный крик становился все громче, стирая образы ступеней, увлекая обратно вверх. Девушка тщетно противилась ему.
«Я должна помочь своим спутникам!»
Воззвание Никс осталось неуслышанным. Напротив, ее взгляд обратился назад к топям. Она ощутила в воздухе энергию, подобную надвигающейся грозе. Сила эта сгущалась вокруг огненной вершины Кулака, погружая в тень окружающие топи. Затем она устремилась к ущелью, выплескиваясь вширь, ускоряясь все быстрее и быстрее.
Своими другими глазами девушка увидела, как Фрелль увлекает всех обратно вниз по ступеням. Она услышала, как он говорит про какую-то пещеру, где можно будет укрыться от приближающейся орды.
Девушка поняла, что из этого ничего не получится.
Взгляд сверху показал ей неумолимую черную волну, с ревом несущуюся вперед. Из глубин этого мрака на нее взирала пара горящих глаз. Никс съежилась под этим взглядом, чувствуя его необъятность, его непостижимую природу, его вечность.
Ей захотелось бежать от него.
Но что-то пискнуло и свистнуло ей в ухо – крохотная искорка того бескрайнего мрака, что-то осязаемое и понятное. Баашалийя. Девушка снова ощутила вкус теплого молока, близость другого существа, делящегося с ней своим теплом. Вот это она могла понять, могла полюбить.
Оказавшись в самом сердце урагана, Никс отчаянно цеплялась за это, чувствуя себя веточкой, которую несет неудержимый поток. Этот поток выдернул ее с неба, возвращая обратно в собственное тело. Но даже тут могучая энергия продолжала вливаться в нее, протекая через кружащегося в воздухе Баашалийю.
Девушка ахнула, чувствуя, как пылает ее тело от этой энергии, разливающейся по всем мышцам, всем жилам, всем внутренним органам. Она чувствовала взгляд древних глаз, издалека взирающих на нее, холодно оценивающих то, как она поступит. И энергия по-прежнему вливалась в Никс, до тех пор пока она уже не могла больше вмещать ее в себя.
Необходимо было дать ей выход.
Опустившись на ступени, Никс обхватила голову руками и закричала, исторгая энергию из себя. Древняя сила вырвалась во все стороны, обнажая тайны вселенной. Теперь уже ничто не могло укрыться от взгляда Никс. В одно мгновение она увидела все до одной прожилки в каждом листе, всех до одного долгоносиков, прячущихся в складках коры, все ниточки переплетенных в земле грибниц. Ее спутники превратились в кости, колотящиеся сердца, струящуюся по жилам кровь.
Однако дело не ограничилось одним только многократно усилившимся зрением. В крике Никс прозвучала вся сила собратьев Баашалийи, слившаяся воедино в нечто могущественное.
Девушка вспомнила свое кошмарное видение о том, что произошло на вершине горы, когда та же самая сила раскрошила камень. Но теперь она больше не могла повелевать ею.
Исторгнув неудержимую волну, Никс почувствовала, как ее поднимают на цыпочки, отрывают от земли. Разорвав туман, неудержимая энергия остановила несущуюся по ущелью смертоносную орду. Спутники девушки отлетели в стороны, отброшенные за деревья и в кусты.
Ближайшая матка рухнула на ступени, словно паук, спаленный горячим угольком. Остальные темные силуэты бросились прочь, подгоняемые несущимися следом сорванными листьями и сломанными ветками. Своим новым зрением Никс видела, как их крошечные сердечки сжимаются от ужаса. Покинув лестницу, матки спешили укрыться в расселинах скал.
И вот все кончилось.
Необыкновенная энергия иссякла, ступни Никс опустились на землю. Но сил у нее не осталось. Ноги больше не могли ее держать. Картинка перед глазами у Никс рассыпалась на темные и светлые пятна, словно к ней вернулось прежнее затуманенное зрение. Лишившись сил, девушка начала было падать на каменистую землю, однако ее подхватили чьи-то руки.
– Я тебя держу, – донесся откуда-то из непроницаемого марева голос Джейса.
