Грейлин не замедлял свой полет. Он мчался прямо вперед до тех пор, пока яркое сияние справа от него не загородила черная тень.
«Боевой корабль…»
Крутанув штурвал, Грейлин повернул к нему. Его сапоги застыли над педалями, приводящими в действие горелки, однако пока что он их не нажимал. Дожидаясь нужного момента. Нельзя было рисковать, преждевременно выдав свое присутствие.
И все-таки предпринятые рыцарем меры предосторожности оказались тщетными.
Слева от шлюпки из облаков вырвалась маленькая тень, оставляя за собой клубящийся туман.
Тут и спасательная шлюпка Грейлина оказалась над залитой солнцем поверхностью озера. Боевой корабль находился прямо впереди. Из орудийного порта по левому борту вырвались клубы дыма, рассеченные языком пламени. Следом окутались дымом и другие орудия. Небо заполнилось потоком чугунных ядер.
Грейлин разом осознал сразу несколько вещей. Он вынырнул из облаков слишком низко. Шлюпка находилась на одном уровне с килем массивного боевого корабля. Однако именно маленькая высота в настоящий момент была для него спасительной. Ядра пролетали над шлюпкой, падая в лес на берегу.
Рыцарь резко надавил на обе педали. Из кормовых горелок шлюпки вырвалось пламя, ускоряя полет. Грейлин потянул штурвал на себя, задирая нос шлюпки вверх. Его отбросило назад, но он не убирал ноги с педалей, не ослабляя пламя в горелках.
Шлюпка пронеслась следом за первым залпом ядер.
Прежде чем солдаты легиона успели перезарядить орудия и прицелиться снова, Грейлин устремился к боевому кораблю. Шлюпка стремительно поднялась мимо его многочисленных палуб. Увеличиваясь в размерах, корабль полностью загородил вид из окон. Рыцарь мчался мимо огромного корпуса, ощетинившегося жерлами. Поднявшись выше верхней палубы, он увидел мечущихся матросов.
Грейлин что есть силы потянул штурвал на себя, задирая нос шлюпки еще больше. Ему еще нужно было взлететь выше громады пузыря – этот подъем казался немыслимым. Затаив дыхание, рыцарь помолился о том, чтобы в баках шлюпки хватило быстропламени.
Однако он не учел то, что вооружение корабля состояло не из одной только артиллерии.
Внезапно повсюду вокруг шлюпки засверкали огненные стрелы, выпущенные из баллист, установленных на верхней палубе. Полосы дыма исчертили небо.
Грейлин не сбавлял скорость, моля всех богов избавить его от этих посланцев смерти.
По-видимому, боги сочли его недостойным.
Железная стрела, извергая пламя, пронеслась перед окном шлюпки. Корпус утлого суденышка вздрогнул – стрела поразила пузырь, мгновенно превратившийся в сгусток ослепительного огня.
Шлюпка устремилась штопором вниз. Грейлин боролся с головокружительным вращением, отпустив одну педаль и выжав другую до упора. В одной горелке пламя погасло, в другой – ярко полыхало. За окнами кружащейся по спирали шлюпки мелькал пузырь боевого корабля.
Рыцарь стиснул зубы.
«Перед смертью я постараюсь нанести врагу весь возможный урон».
Он направил нос своей судорожно дрожащей шлюпки на проносящуюся мимо верхнюю палубу корабля и надавил на обе педали, выпуская из горелок длинные языки пламени. Получив свежий импульс, шлюпка оказалась над полубаком[4], волоча за собой обрывки пузыря.
Матросы на палубе разбежались в стороны.
Нос шлюпки пробил ограждение левого борта и врезался между двумя огромными баллистами. Киль проехал по палубе боевого корабля, подпрыгивая, словно плоский камешек на водной глади.
Грейлин вцепился в штурвал, чтобы удержаться в кресле.
Наконец шлюпка на большой скорости с грохотом налетела боком на толстый железный трос по правому борту и резко остановилась, разломившись пополам. От удара Грейлин вылетел со своего места и треснулся головой о корпус. У него потемнело перед глазами. Он попытался встать, но бессильно повалился на колено.
На него сплошной стеной надвинулись матросы.
Грейлин снова поднялся на ноги. На этот раз ему удалось выхватить меч. Он был готов сражаться до последнего вдоха.
«Ради Никс…»
Рыцарь поднял над головой сверкающий клинок Терния – и у него закружилось перед глазами. Ноги подогнулись, словно у пьяного. Грейлин махнул мечом – только это и было в его силах. Хотелось надеяться, что этого будет достаточно. Не удержав равновесия, рыцарь отшатнулся назад и повалился на сиденье перед рулем. Попытался подняться, но окружающий мир померк.
Канте вел своих спутников по охваченному всеобщей паникой Торжищу. По улицам громыхали повозки. Всадники хлестали плетками пешеходов, освобождая себе дорогу. Толпа состояла по большей части из жителей города, несущих за плечами свой нехитрый скарб. Кто-то прятался за закрытыми ставнями окнами.
Повсюду звонили колокола, перекрывая шум и крики.
Маленький отрад, пробиравшийся против общего потока, испытывал бы большие затруднения, если бы не здоровенный мокрый зверь, идущий впереди. Аамон грозно щетинился, обнажая белые клыки в страшном оскале. Людское море расступалось перед его угрожающим рычанием, позволяя беглецам пересечь город.
– Куда мы идем? – спросил Джейс, озвучивая вопрос, не дававший покоя всем.
