- Знаю, что это просить бесполезно, но я все-таки попрошу тебя хотя бы иногда думать о себе. Попробуешь? Хотя кому я это говорю? Ты скорее оторвешь себе все конечности и позволишь срезать крылья, нежели дашь кому-то из твоего окружения пострадать. Инстинкт самосохранения - единственное, что из необходимого для будущей Королевы у тебя отсутствует напрочь.
- Необходимого, но не достаточного, бабушка, - Розанна улыбнулась и смахнула слезы. - А как будущей императрице, моим самосохранением будет заниматься Чвелистыш.
После этих слов Розанна немного отстранилась и посмотрела прямо в глаза Мамет, а дальше тихо обратилась со всей серьезностью юного создания, занявшего свой эшелон, с которого уже нет пути назад:
- Бабушка, это возможно?
Мамет понимала, что обращалась Розанна в данный момент к ней скорее как к Видящей. И ответила она ей, как Видящая, а не как любящая бабушка, которая способна убедить внучку в сказочном финале любой жизненной трагедии.
- Не знаю, солнышко. Паутина предрешенного спала, а теперь настало время плетения новой. И плести ее предстоит тебе. Это великий дар и великое проклятие, но ты ведь никогда не выбирала легкие пути и гладкие нити, - Видящая улыбнулась, как будто сейчас перед глазами прошелестели все шалости и выходки ее внучки. - Знаю только, что время пришло и что ты готова. Новая Паутина Мироздания будет сплетена, и ты уже начала ее плетение. На ней неизбежно появятся узелки и перехлесты, но именно эти погрешности позволят ей потом засиять бриллиантовой пыльцой. Поэтому в моменты потери высоты и радости полета, в минуты слабости и отчаяния, при совершении "ошибок" - вспомни, ради чего и ради кого, вспомни зачем, вспомни...
- Эликсир жизни - это то, что для тебя приберег твой прадедушка - Мудрый Орд, я лишь была хранительницей этого артефакта. А это от меня, - она протянула ей миниатюрную спицу, которую венчал странно мерцающий камень. - И еще вот, по мелочи, - Мамет лукаво улыбнулась, а ошарашенная Розанна поняла, что эти "мелочи" скорее всего не менее ценные, чем только что подаренный ей древний Крылпин. Этот артефакт она видела только изображенным в книге семейных преданий, и до этого момента была уверена, что он давно утерян - именно так и было написано в книге. И не давая Розанее прийти в себя, Мамет начала передавать ей узелок за узелком:
- Это то, что молюсь, тебе никогда не понадобится - слезы полыни, это то, что надеюсь, тебе понадобится - порошок из лепестков вербены, и то, что я верю, ты захочешь испытать - вытяжка из лепестков красного пиона.
Розанна знала, что понимание для чего все это, придет тогда, когда это будет наиболее необходимо. Предмет просто нагреется так, что не почувствовать и не заметить это будет невозможно. Будущее вырисовывалось серым маревом, затянутым густым туманом - Мамет не видела его сейчас, и это было так странно, необычно и даже как-то неправильно. И если вначале Розанна испытывала противоречивые чувства - ведь та, которая была всегда воплощением могущества и непоколебимой уверенности, была скорее растеряна и напоминала потерявшуюся в лесу старушку, то после всех Даров Розанна успокоилась - мир остался стоять на своем месте. И то, что Видящая не видела не помешало мудрой Женщине внутри нее воспользоваться своей легендарной интуицией, а значит, все действительно еще может закончиться хорошо для них всех. Розанна еще раз крепко-крепко обняла свою любимую мудрую бабушку и, прошептав спасибо, взмыла в небо.
- Я люблю тебя, бабушка, - услышала Мамет - и я постараюсь вернуться. Приготовь себе самый обворожительный наряд для церемонии. А то, может быть, и двойную свадьбу сыграем, если старый Прост будет порасторопнее. - Розанна не смогла удержаться от улыбки, когда увидела в темноте недовольное сверкание глаз Мамет. Розанна по-девчачьи не смогла удержаться от этой фразы - все знали о преданной любви Проста к Мамет, которую тот пронес сквозь десятилетия. И все намекали, а то и прямо говорили ей об этом, все, кроме самого Проста, который становился настолько робким и задумчивым в присутствии любимой, что от него нельзя было добиться ни звука. Мамет же всех доброжелателей отхаживала разговорами, что Прост держит данное ее покойному мужу и самому близкому своему другу обещание позаботиться о ней. Но все понимали, что Мамет - Видящая, а значит, она все прекрасно знает и понимает, Прост тоже это понимал, Мамет понимала, что Прост тоже понимал. Вот так они и "понимали" друг друга все эти годы. Не могла же Мамет сказать, что в присутствии Проста она становится обыкновенной безмозглой бабочкой, у которой начисто отсутствует какой-либо дар видения. Она даже себе в этом признаваться отказывалась, так что многочисленные попытки Розанны внести ясность и понимание в их отношения не увенчались успехом. Бабушка была благодарна внучке за то, что та в какой-то момент позволила им самим разбираться в их соцветиях чувств, но Розанна продолжала по-доброму подшучивать над своей любимой невидящей очевидных вещей Видящей.