(Lods) Адольф (1867–1948), франц. исследователь ВЗ и *междузаветного периода. Учился в Париже, Берлине, Марбурге. Был проф. по каф. евр. языка и лит–ры в Сорбонне (1906–37). Л. — член
французской Академии надписей и беллетристики. Представлял во Франции школу *Велльхаузена. Итоги работ Л. подведены в вышедшем посмертно его монументальном труде «История еврейской и иудейской литературы от ее зарождения до разрушения иудейского государства» («Histoire de la litt№rature h№braїque et juive depuis les origines jusqu’… la ruine de l’Etat juif», P., 1950). Книга охватывает не только канонич. и неканонич. библ. письменность, но также *апокрифы и тексты папирусов.
Israёl, des origines au milieu du VIII si–cle, P., 1930; La Religion d’Israёl, P., 1939.
RGG, Bd.4, S.427.
(Lohmeyer) Эрнст (1890–1946), нем. протестантский исследователь НЗ. Вел курс Свящ. Писания в ун–те Бреслау (1920–35); с 1930 по 1931 — ректор. Открытая антинацистская позиция Л. привела к его смещению. В 1945 его избрали ректором Грайфсвальдского ун–та, но вскоре он был арестован органами НКВД и расстрелян.
Л. поднял вопрос о плюрализме первохрист. Церкви. В частн., он полагал, что еще в евангел. время общины Галилеи и Иерусалима различались между собой. В исследовании «Галилея и Иерусалим» («Galilaa und Jerusalem», Gott., 1936) ученый пытался уяснить богосл. смысл новозав. *географии и тем самым предварил идеи *«истории редакций» школы. Л. интересовала проблема литургич. элементов в НЗ. Он одним из первых определил Флп 2:6–11 как фрагмент первоапостольского гимна, а также нашел отголоски таких гимнов в Еф и Кол. В дискуссии о *демифологизации Л. подчеркивал, что суть библ. теологии нельзя сводить к антропологии, как делал *Бультман, ибо Откровение теоцентрично и христоцентрично. «Протестантское богословие, — писал Л., — знает, что миф есть способ, который Бог избрал для Самооткровения. Откровение есть сокровище, которое мы должны принимать в земной форме не только потому, что мы земные люди, но потому, что мы постигаем Бога в этой форме. Для нас это не низменная форма, она присуща нам, и в конечном счете через нее мы
познаем вечное». Последняя работа Л. «Отче наш» («Das Vater–unser», Gott., 1946), была посвящена *Молитве Господней. В этом труде предпринималась реконструкция арам. оригинала «Отче наш», причем Л. выяснил, что в устах Иисусовых эта молитва имела ритмически–стихотворное звучание. Л. нашел единств. аналог слову «насущный» в одном древнем папирусе и из контекста установил, что это понятие связано с ежедневным количеством пищи, необходимым для жизни. Однако, по мнению Л., Христос имел в виду не только это, но и эсхатологич. Хлеб Царства Божьего. Л. также написал ряд толкований для «Критико–экзегетического комментария к НЗ», выходившего под ред. *Майера Г., и для «Руководства по Новому Завету» (ред. *Лицманн).
Die Offenbarung des Johannes, Tub., 1926; Glaube und Geschichte in vorderorientalischen Religionen, Breslau, 1930; Die Rechte Interpretation des Mythologischen, in: Kerygma und Mythos, Hamb. — Volksdorf, 19512.
Еп.*К а с с и а н (Безобразов), Книга о семи печатях, «Путь», 1930, № 21; е г о ж е, К вопросу о построении Молитвы Господней, ПМ, 1951, № 8; RGG, Bd.4, S.440.
Михаил Васильевич (1711–65), рус. ученый, поэт, мыслитель. Важнейшие его идеи по вопросу о соотношении *науки и Библии высказаны им в работе «Явление Венеры на Солнце» (СПб., 1761). «Создатель, — писал Л., — дал роду человеческому две книги. В одной показал Свое величество, в другой Свою волю. Первая — видимый сей мир, Им созданный, чтобы человек, смотря на огромность, красоту и стройность Его зданий, признал Божественное всемогущество, по мере себе дарованного понятия. Вторая книга Священное Писание. В ней показано Создателево благоволение к нашему спасению». Толкователями первой «книги» являются, по Л., ученые, а второй — «великие церковные учители». У тех и других собственная сфера. Поэтому «не здраво рассудителен Математик, ежели хочет Божескую волю вымерять циркулем. Таков же и Богословия учитель, если он думает, что по Псалтири научиться можно Астрономии или Химии». Это не означает,
что есть две противоречащие друг другу истины. «Правда и вера суть две сестры родные, дщери одного всевышнего Родителя, никогда между собою в распрю придти не могут, разве кто из некоторого тщеславия и показания своего мудрования на них вражду всклепнет». Л. показывает, что нередко соблазн происходит от буквального, «грамматического» толкования Библии. «Священное Писание не должно везде разуметь грамматическим, но не редко и риторским разумом. Пример подает святый Василий Великий, как оное с натурою согласует, и в беседах своих на Шестоднев ясно показывает, каким образом в подобных местах библейские слова толковать должно».
Л. перелагал в стихах псалмы (26, 103, 143) и отд. главы (38–41) из Кн.Иова. Эти и другие «духовные оды» Л., по словам архиеп.*Филарета (Гумилевского), «для духовного просвещения много значили и значат».
