Рядом встал Томас, и Драгана благодарна облокотилась на его руку, и они вышли первые, соблюдая условности, зная, что за ними пристально смотрят. Территория поместья огромная, и в самом её отдалении был построен небольшой храм с ликами шести богов, и рядом кладбище. Здесь Николай похоронил своих родителей. Драгана не знала дедушку и бабушку, они умерли до её рождения. Здесь рядом уже готовы новые могилы, и осталось только смотреть, завершая последнюю часть. Служители храма Мор прибыли лично из Астерии, чтобы провести обряд и произнести молитву богине. Жертва была необходима, как и руны, что связывали между собой в единый узор. Гробы опускали медленно, кровь оросила полированное дерево из ритуальной чаши.
Драгана до боли сжала челюсть, ненавидя всё, что связано с богами. Смерть несчастной птицы, не поможет достучаться до Мор, чтобы она сопроводила её родителей в Колыбель, и уберегла от Сферы. Это лишь заученные движения, и искренности в них она не видела. Как и в людях вокруг, которых собралось так много, что её почти подталкивали к ямам в земле. Кто-то говорил, она прислушивалась, лишь бы не пускать свои мысли на свободу и не позволить им сломить её в такой момент. Она не знала, как себя вести. Нахмурившись, Драгана не понимала, что делать. Плакать или молчать. В какой-то миг тело одеревенело. Свежая земля посыпалась на гробы, и истошный вопль Елены вывел её из транса.
— Он во всём виноват! ― Елена указывала на Томаса, истерика охватила её полностью. ― Томас виноват! Он убил мою сестру и её мужа!
— Хватит!
Анастасия постаралась увести Елену.
— Нет! Его приютили, усыновили, растили в таком доме, и вот как он отплатил! Убил их, чтобы получить наследство!
От гнева Драгана поддалась вперёд в плотную к полоумной тётке, что устраивала концерт на публике. В самый непростой момент. Елену пыталась удержать не только Анастасия, но и её дети. Любопытные взгляды сверкали со всех сторон, внимая к происходящему.
— Замолчи! ― гаркнула Драгана. ― Не смей! Слышишь?
— Он убил их и до тебя доберётся! Он выродок, ему не место в
— Прекрати!
Пощёчина обожгла щёку. Драгана распахнула глаза, уставившись на тётю. Елена подняла на неё руку. Ударила при всех в её доме.
— Ты его покрываешь, потому что помогала ему убивать родителей?!
Тишина разрезала пространство. Драгана сжала кулаки, собираясь ударить. Елена кричала, обвиняла, требовала справедливости. Рядом с ней встал молодой мужчина с серыми глазами и коснулся пальцами её виска. Елена успокоилась и провалилась в небытие. Чародей успокоил её и, казалось, каждый вздохнул с облегчением. Драгана узнала его ― Михаил Разумовский. Он отделился от членов Совета, что прибыли на похороны. Он подхватил бессознательную женщину и посмотрел на Драгану.
— Куда её лучше отнести?
Эмоции всколыхнули рану, которую Драгана пыталась оберегать до окончания процессии, чтобы потом наживую сдёрнуть пластырь и орать, пока силы не оставят тело, а вместе с тем, может, и боль. Что именно перевернулось внутри, не понять в такой кутерьме, но она посмотрела на Елену, а после на чародея. Сейчас все следили за ней, готовые потом пересказать всё своим друзьям, разнести сплетни по всей Астерии и позволить ветру разнести их дальше по стране.
— Плевать, ― тихо, почти шёпотом произнесла Драгана, чтобы только Разумовский услышал. ― Она мне больше никто.
Развернувших на низком каблуке, Драгана пошла по каменной дорожке обратно к особняку. Внутри полыхал пожар, грозящийся сжечь всё на своём пути. Она даже не заметила, как прошла вдоль озера, обогнула беседку и спряталась от всех в конюшне. Прошла все стойла и забилась в дальний угол, где заготовлено сено.
Никто не видел её, и Драгана заплакала. Она упала на колени, хватаясь за живот, и закричала в немом крике, выпуская всё наружу. Длинные волосы касались грязного пола, колени жгло от удара, но она кричала, пока связки не заставили её закрыть рот. Тихо скуля, Драгана собиралась с силами. Лошади вели себя беспокойно, топтались на своих местах и ржали, будто чувствовали боль утраты.
Кое-как поднявшись, Драгана поспешила к дому и зашла через чёрный ход. В кабинете отца она открыла шкафчик с алкоголем и достала виски. Её руки дрожали, пока она наливала в бокал напиток. Отставив бутылку, выпила залпом и закашлялась от крепости алкоголя. Виски обжёг горло и пищевод, дышать стало так трудно, и Драгана рвано хватала ртом воздух.
Следом налила вторую порцию и повторила ту же глупость. Тёплый алкоголь оказался отвратительным пойлом, или она просто ничего не понимала. Драгана со злостью захлопнула шкафчик и отошла к столу, упёрлась руками в столешницу, приказывая лёгким перестать так жадно вдыхать кислород, ей и без того больно.
